Недавно CEO Amazon — второго по численности работодателя в США — разослал сотрудникам меморандум о грядущем агентном будущем. В нем он прямо заявил:
«Когда мы развернем ИИ-агентов, нам понадобится меньше людей определенных ролей. Прогресс очевиден. Многие агенты еще не созданы, но они появятся очень скоро. Мы ожидаем сокращения корпоративного штата в ближайшие годы».
Что произойдет, когда такие письма начнут приходить работникам других компаний?
Представьте себе мир, где рост экономики больше не зависит от рабочих мест. Это и есть посттрудовая экономика: человеческая занятость перестает быть основным способом производства и распределения благ, а упор делается на ИИ-автоматизацию. Главный принцип посттрудовой экономики — освобождение человека от обязательного труда.
Переход к посттрудовой экономике определяется четырьмя критериями: продукция, создаваемая машинами, должна быть лучше по качеству, быстрее по срокам, дешевле по совокупным издержкам и безопаснее в реализации. Когда автоматизация превосходит человека по всем пунктам, дальнейшее содержание сотрудников становится экономически невыгодным. История уже знает подобные трансформации — от паровых машин до современных промышленных конвейеров.
Классическая экономика всегда упирается в ограниченность человеческого ресурса. Посттруд предлагает заменить труд технологиями и пересобрать социальные институты. Но главный вопрос: откуда людям брать деньги, чтобы жить?
Первое — доход от собственности. Во многих компаниях действует опционная система: сотрудники получают акции, которые увеличиваются со стажем. При увольнении их можно продать и вывести деньги, что фактически делает работника совладельцем компании.
Появляются и децентрализованные автономные организации (DAO), где правила работы компании прописаны в смарт-контрактах: они автоматически собирают выручку и распределяют дивиденды между держателями токенов. Управление строится на коллективном голосовании: у кого больше доля, у того больше голосов — честно, прозрачно, и то, что нужно для посттруда.
Второе — безусловный базовый доход. Это регулярная выплата каждому гражданину, независимо от дохода и занятости. В двухлетнем пилотном проекте в США 125 случайных участников с доходом ниже среднего получали по $500 в месяц без дополнительных условий. В результате доля занятых выросла с 28% до 40%, а показатели депрессии и тревожности заметно снизились. Даже скромный базовый доход способен одновременно повысить мотивацию к труду, улучшить психическое здоровье и стабилизировать семейный бюджет.
Переход к посттрудовой экономике требует пересмотра общественного договора между людьми, бизнесом и государством.
• Бизнес должен сместить фокус с максимизации занятости на ускорение автоматизации. Бизнесу предстоит оставаться двигателем прогресса, делая продукты лучше, дешевле и быстрее с помощью ИИ, а программы поддержки и обучения сотрудников смягчат социальные потрясения.
• Для людей на первый план выходит самореализация и любимое дело, а не просто работа ради денег. Придется искать новые смыслы в жизни, свою миссию и ценность для общества.
• Роль государства — обновлять регулирование, стимулируя автоматизацию и совершенствуя системы социальной защиты.
ВВП и уровень безработицы уже не отражают новую реальность автоматизации. Так экономический индекс агентности измеряет, какая доля доходов основана на собственности, а какая — на зарплатах и пособиях. Чем выше доля доходов от собственности, тем устойчивее общество к шокам автоматизации.
Посттрудовая экономика — не утопическая фантазия футуристов, а логичное продолжение уже запущенных процессов. Если дивиденды от автоматизации станут общественным достоянием, нас ждет не эпоха безработицы, а эпоха человеческого расцвета: больше времени на творчество, семью и самореализацию.
Вопросов много, но ясно одно: при таком темпе развития ИИ наша жизнь уже не будет прежней. Отказаться от такого шанса — значит добровольно похоронить собственное будущее. Это, пожалуй, самая дорогая ошибка, которую мы можем совершить.
#мысли
