натаниэль же просто наслаждался моментом, скрывая свою суть за человеческой оболочкой. жан тогда не знал. он просто видел человека, который был ему симпатичен, и чья опасность казалась ему интригующей, а не смертельной.

всё изменилось, когда моро докопался. охотники всегда находят след.

натаниэль помнил тот вечер. он только что «поужинал» очередным насильником. демон был расслаблен, его глаза всё ещё мерцали неестественной чернотой, когда он вышел на свет фонаря.

жан уже ждал его. в руках — не пистолет, а короткий клинок, лезвие которого было покрыто гравировкой, отпугивающей таких тварей, как натаниэль. он не выглядел напуганным. он выглядел разочарованным, но при этом предельно собранным.

— значит, ты, — сказал жан, даже не повышая голоса. в его руках клинок казался естественным продолжением ладони.

— сюрприз, — промурлыкал рыжеволосый, делая шаг ближе. — разочарован?

жан сделал выпад, быстрый и точный, целясь в шею — туда, где демоническая плоть была уязвима. натаниэль увернулся, едва не зацепив лезвие когтями, которые уже прорывались сквозь кожу.

— я не разочарован, — отозвался жан, делая пару шагов назад. — я просто понимаю, что ты моя самая большая ошибка. и, возможно, самое интересное, что я когда-либо встречал.

с того дня их отношения превратились в опасный танец на лезвии, о котором лисы даже не догадывались.

— ты опоздал, — голос натаниэля раздался из темноты заброшенного склада, куда жан пришёл в очередной раз.

жан вышел на свет, лениво подбрасывая в руке мешочек с солью. его взгляд был тяжёлым и внимательным. он не выглядел так, будто готов подчиниться или просить о пощаде.

— дела, — бросил жан, делая шаг вперед. он резко развернулся, высыпая дорожку соли между собой и натаниэлем. — и, поверь, если ты пересечёшь эту линию без приглашения, я не буду спрашивать, как у тебя дела.

натаниэль рассмеялся, этот звук эхом отозвался под сводами крыши. ему нравилось, как жан играет. никакой нервозности, никакого страха перед его сущностью. только чистый, отточенный холод.

— ты так очаровательно серьёзен, жан. думаешь, соль меня удержит?

— думаю, она заставит тебя подумать дважды, прежде чем лезть ко мне с поцелуями, — ответил жан, опуская руку на рукоять своего ножа.

натаниэль медленно подошёл к границе, которую провёл жан. он видел, как зрачки француза расширились, как напряглись мышцы на его руках. он знал, что жан — охотник, и что в любой другой ситуации жан вонзил бы нож ему в сердце. но между ними было нечто другое. притяжение, которое сильнее долга и инстинкта самосохранения.

— ты ведь не убьешь меня, — тихо сказал натаниэль, подаваясь ближе. — даже если бы мог. тебе слишком нравится эта игра.

жан сделал шаг навстречу, прямо к черте. он не стал убирать оружие, но его поза стала менее агрессивной, хотя в глазах всё ещё плясали искры опасности.

— я убью тебя, — сказал жан с такой пугающей искренностью, что это звучало почти как признание в любви. — если ты переступишь черту. если ты причинишь вред кому-то из лисов.

натаниэль усмехнулся и, игнорируя предупреждение, перешагнул через рассыпанную соль. боль обожгла подошвы, но он даже не поморщился. демоническая природа взбунтовалась, но рыжий подавил её волей. он оказался прямо перед жаном, сокращая дистанцию до минимума.

— ты неосторожен, — прошептал жан. он не отступил. лишь приставил клинок к горлу натаниэля. острие холодно уперлось в кожу.

— я доверяю тебе, — ответил натаниэль, глядя жану прямо в глаза.

— глупо, — жан чуть надавил клинком, оставляя тонкую полоску пореза, из которой выступила капля тёмной, почти черной крови.

натаниэль поймал запястье жана, удерживая его руку с ножом. он не вырывал оружие, не отбрасывал его. он просто удерживал контроль, чувствуя, как жан напряжён, как каждый мускул его тела готов к удару.

— знаешь, — начал натаниэль, понизив голос до вкрадчивого шёпота. — в первый раз, когда мы целовались, ты не знал, кто я. ты целовал меня, как человека. и это было… почти невинно.

— я никогда не был невинным, — парировал жан, чуть наклоняя голову. — и ты никогда не был просто человеком.

— но ты хотел меня тогда.