Надежда на то, что кто-то придёт и поможет, живёт в психике очень глубоко. Обычно, она гораздо глубже, чем человек готов это признать.

В детстве помощь извне является условием выживания. Младенец не выбирает зависеть от взрослого, потому как зависимость встроена биологически, а вместе с ней встроено ожидание отклика. Именно так и строится здоровая привязанность - ребёнок сигналит о потребности, а взрослый отвечает. Психика запоминает, что когда плохо, помощь обычно приходит, а когда страшно или голодно, появляется тот кто успокоит и накормит.

Так выглядят достаточно хорошие условия развития, где фрустрация была умеренной, а отклик достаточно стабильным. Но когда помощь не приходила совсем, или наоборот накрывала с избытком без учёта реальной потребности ребёнка - формируются другие бессознательны паттерны. Про них мы поговорим отдельно.

В целом, проблема как таковая не в том, что мы не перерастаем ожидание помощи, хотя бывает и так. Во взрослом возрасте сложность в другом, и чаще всего она в отсутствии дифференциации.

Человек сигналит о помощи, но не различает кому и каким образом.

Потребность в помощи направляется не к конкретному человеку с конкретными возможностями и ограничениями, а как будто в пространство - туда где в детстве всегда кто-то оказывался, тому кто рядом или должен. Но "кажется" и "должен", увы, это не критерии выбора, а следы старой модели привязанности. В результате помощь ищется там где её нет и, вероятнее всего не будет в принципе, а разочарование переживается как подтверждение что помощи не существует вообще.

Противоположная позиция выглядит как вроде как зрелость - "не верь, не бойся, не проси". Не будет никаких ожиданий, и не постигнут никакие разочарования.
Человек существует в полной автономии, опора только на себя. Но за этой конструкцией стоит та же тревога, только решённая иначе. Подобное состояние называется контрзависимость, и здесь не свобода от потребности в других, а её жёсткое подавление. Нарциссическое всемогущество одиночки защищает не хуже, просто с другой стороны.

Оба полюса внутри психики работают автоматически, и ни один не предполагает реального выбора, а, напротив, придерживаясь какого-то одного принципа, мышление и поведение становится очень статичным и предсказуемым. Потому что поведение таких внутренних установок предсказать довольно просто: в одном случае человек не выбирает надеяться, он тупо надеется, а человек на втором полюсе не выбирает не просить, потому что он не может этого делать. Таким образом, автоматизм снимает тревогу принятия решения, но и забирает возможность действовать иначе.

Остается развивать психическую гибкость, то есть способность в зависимости от окружения и контекста выбрать позицию осознанно.
Соответственно, развивать навыки попросить помощи там где она будет реальной, и отказываться от иллюзии там где помощи не будет.
А в итоге этого психического мессива, ещё и выдерживать последствия любого из этих решений, а не потому что не больно, а потому что последствия были продуманы и поняты заранее. А больно вполне может быть...

Какой из способов здоровее? Вопрос не без ответа и ведущий снова к регидности. Оба способа защищают и оба имеют цену.

Разница только в том, есть ли доступ к выбору между ними.

#записки_психолога@analytical_psy
🛑🛑🛑🛑🛑
Идущий к себе