💅😹🤓 𝐈𝐭'𝐬 𝐚 𝐬𝐞𝐜𝐫𝐞𝐭 . 😥
🤵♀️🫨😚
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
Он знаменитый адвокат, имеет отличные связи и прекрасную семью. Когда-то привычный дым сигарет уже выветрился, а вечно буйные волосы лежали в аккуратной стрижке.
Все говорили лишь хорошее о нём и его семье, нахваливали прекрасную жену и сожалели из-за его прошлого... А точнее о том, что мужчина когда-то был жертвой авиакатастрофы вместе с женской футбольной группой. Он был сыном спонсора, и поэтому отец настоял, чтобы его ребёнок полетел с ними.
У каждого есть скелеты в шкафу, а может, и не исключительно в шкафу? Что если заглянуть куда глубже, открыть то, что человек так прячет за своими собственными костями? Добраться до сердца, которое вечно выдаёт беспокойство учащённым ритмом.
Откроем же чужую грудную клетку, вскроем так же резко, как на стол нашему адвокату положили конверт.
— Что это? — промолвил Крауч, аккуратно поднимая бумажный прямоугольник со стола и выискивая имя отправителя.
— Не знаю точно, но просили немедленно передать вам, — механически отчеканила секретарша и сразу удалилась из кабинета.
Мужчина открыл конверт, не особо думая — как совпало, что у него сейчас был перерыв. Первое слово уже отозвалось робким ударом сердца... Там было его прозвище со школьных лет, его уже никто так не называл. Дальше становилось хуже. С каждой новой строчкой он сжимал лист сильнее.
Кто-то копал вниз — слишком глубоко даже для того, чтобы закопать труп.
Он перечитал записку еще раз, и каждое имя всплывало в памяти, как тело из-под тающего снега.
«Мы знаем о Джеки. Мы знаем о Мари. Мы знаем о других, Крауч».
Мари. Он закрыл глаза и на мгновение отчетливо услышал её голос, вечно саркастичный, пока он не сорвался в предсмертный хрип. Он вспомнил, как они делили скудные запасы, и как потом... как потом эти запасы перестали быть едой из банок.
«Другие». Те, кого они оставили там, в тени гор. Те, чьи кости остались белеть в лесу, пока выжившие спускались по трапу самолета под вспышки телекамер, прикрывая глаза ладонями — не от света, а от стыда.
Барти почувствовал, как воротник рубашки стал душить его. Он — знаменитый адвокат, человек, который вытаскивал подонков из самых безнадежных дел. Он знал всё о том, как прятать правду. Но эти имена... Мари, Джеки... они были вне юрисдикции человеческого суда.
— Вы хотите поиграть в справедливость? — прошептал он в пустоту кабинета.
Его взгляд упал на семейное фото на столе: улыбающаяся жена, дети. Они были его искуплением. Его щитом. Если мир узнает, что он делал с Мари, когда голод стал невыносимым, или как он смотрел на замерзающую Джеки, не протянув руки... его идеальная жизнь рассыплется, как карточный домик.
Он подошел к сейфу, скрытому за дубовой панелью. Внутри, рядом с важными документами, лежал небольшой сверток в потемневшей от времени ткани. Он редко открывал его. Там лежал старый охотничий нож с костяной ручкой — единственное, что он привез из леса, кроме своих демонов.
Барти коснулся лезвия. Холод металла успокоил его. Тот, кто прислал это письмо, думал, что Крауч испугается. Но он забыл одну вещь: Барти Крауч-младший не просто выжил. Он стал тем, кого лес признал своим.
— Мари уже мертва, — произнес он, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонек, который он так долго прятал за очками в тонкой оправе. — И я не позволю мертвецам диктовать мне условия.
Он набрал номер на мобильном.
— Это я. У нас «протечка». Нужно зачистить хвосты тех, кто слишком много помнит о рейсе. Начнем с тех, кто сейчас в городе.
Барти не звонил. Он знал, что звонок даст время подготовиться, выстроить защиту, зарядить ружье. Он просто припарковал свой черный «Мерседес» у её дома, идеально вписавшись в пейзаж сонной улицы.
Шона открыла дверь, вытирая руки о кухонное полотенце. Её лицо на мгновение застыло — та самая «маска домохозяйки» дала трещину, обнажив на дне зрачков старый, животный страх.
— Барти? — выдохнула она. — Ты... ты здесь как адвокат или как призрак?
— Как тот, кто тоже получил конверт, Шона, — он без приглашения перешагнул порог, обдав её запахом дорогого одеколона и едва уловимым ароматом старой паники.