— Регулус, как тебе моя метка, кстати? Ты свою так и не получил. Завидно, наверное? Да... Тебе точно завидно...
Вся рука Крауча была покрыта шрамами. Он пытался стереть это пятно на своей руке и потому рвал кожу, но всё было тщетно. Как бы посмотрел Регулус? Он бы наверняка закатил глаза, а после сказал, что Барти абсолютно бестолковый, и... Он бы промолчал. Смотрел бы, и глаза его говорили больше слов. Кричали бы, что он загубил себя...
— Дора, Дора, Пан-Дора... А я говорил, что к добру не доведёт. Говорил, без меня ничего не сможешь.
Побледневшая, но всё та же до боли знакомая фигура. Её взгляд пуст. Лишь ноты грусти проскальзывают в светлых глазах, что прикованы к Барти. Он изменился. Выглядел измотанным, уставшим. Будто он смахивал на мертвеца в сравнении с ней. Она слушала его. Внимательно и заинтересованно, шагая вслед. От неё веяло холодом. Странно, не так ли? При жизни она всегда излучала тёплый свет, словно солнце, что грело всех своими лучами.
Его каждое слово впивалось ядом уже в потухшее сердце. Но моменты из прошлого сами лезли в голову, заставляя улыбаться. Пусть уже не так ярко, не так искренне, как раньше.
«Знал бы ты, что, встретившись с Эваном, он сказал мне то же самое...»
Прошептала она сама себе, зная, что он больше не услышит её голоса. Образ её останется лишь памятью в его голове.
«Но я не жалею о содеянном. Потому что я стала опытом. Я всегда хотела понимать, как устроен этот мир. Считала, что сила без знания слепа. Но лишь сейчас поняла, что именно знания ослепили меня».
Эти гадкие попытки успокоить самого себя, мерзкие реплики всё чаще сбегали с его уст и утопали в тишине леса. Деревья хранили его тайны и гнили изнутри — этим они были явно очень похожи. Он словно ощущал чьё-то присутствие, казалось, чей-то взгляд впивался в затылок. Но, оборачиваясь, он никого не видел. Это укрепляло паранойю. Укрепляло безумие.
— Чёрт... Почему так... знакомо?.. — глаза слегка заблестели, но слёз давно не было. Они высохли.
В один из дней Крауч нашёл небольшую записку в своём плаще. Она всегда была там? Не ясно... Но вот текст был... странным.
«Хочешь спасти — ломай время. Регулус был убит не Орденом. Либо верь, либо сдохни в своей гнили».
Откуда этому клочку бумаги оказаться в кармане, и кто мог это вообще написать? Но в голове Крауча этот текст отпечатался слишком плотно. Он вспомнил свой седьмой курс и как ему приснился очень своеобразный сон. Почему-то, посчитав это обычным кошмаром, он забыл. Но сейчас... Сейчас, сжимая в руках клочок бумаги и слушая собственную тишину, он осознал: нужно выполнять обещания. Нужно стараться.
К счастью, разума ему хватало на многое. Поэтому добыть маховик времени казалось слишком лёгкой задачей. Всё было просто в первом плане: донести хотя бы до кого-то, что будет в будущем. Спасти и предостеречь. Но в итоге Крауч вновь и вновь мотал время, вновь и вновь видел одну и ту же смерть... И вновь мотал.
Он стёр себя из будущего. Барти Крауч-младший был для всех мёртв. Но на деле он стёр абсолютно всё — и теперь наблюдал за ещё живыми и юными Блэком и Розье.
Он боялся сломать время целиком, хотя в какой-то степени плевать хотел на всё, если в таком случае они останутся живы.
Убивал ли Барти Грюма в этих отрывках времени? Уйму раз. Но вечно отматывал время и исправлял всё. Вечно отматывал и исправлял...
Это и сломало его. Он стал одержим этим «спасением». В какой-то момент в его голове взбрела ужасная мысль: убить обоих своими руками и найти способ воскресить их уже в безопасности. Это с каждым разом перемоток начинало приобретать смысл в его голове... Начинало обрастать плотью.
#ʍᴇʍᴏriᴇs #ᴏᴛhᴇr ㅤㅤㅤㅤㅤ