Заворачивает чо пиздец. Последние пару лет меня спрашивают как дела, а я обычно отвечаю: да в ахуе. Временами чуть больше, временами чуть меньше. Я потеряла дом в январе 23го, и с того времени не торможу. После тура на Газели Смерти казалось, что без вариантов нужно останавливаться, заняться позвоночником, отказывающей ногой. Но я не остановилась. Не так то это просто оказалось. Я продолжала, научилась игнорировать всю себя, я играла музыку и не могла остановиться. Этим летом я прикинулась что вышина вроде переезда в очередной город мне под силу. Не вывезла. Многое конечно вывезла, но хуже стало все: внутри и вокруг. Или "внутри" не стало? я разобраться в этом совершенно не могу, я какой то поток повсюду и нигде. Но только я то человек, тело моя туша, психика не мораль, а химия, ну я же в курсе. Это жизнь, каждая сука может подсыпать клафилин. Ну да, может. Я бля бодра, заинтересована, музыкальна, я в форме. Но я задыхаюсь от долгов, от траблов с физической опорой, пустоты и отчаяния, очередного одиночества. Это всё душещипательно, конечно. Приобрела я гораздо больше: друзей и коллег. За две ночи написала альбом. Все это круто, вот это жизнь, бесконечный концертно-вписочный трип. Я ЭТОГО ЕБАЛА РОТ. я размоталась, потому что мне нечего терять. Пиво после виски, дада. Я заматываю в свой ад окружающих, которым хочу дарить покой и благость. Какой же это ад? Бесконечные стремительные ультимативные перемены - это ад. Разбойники и черти сидят на перекрестках.

Весь сентябрь у меня было пианино, случайно оказавшееся в квартире в которой я жила. Было круто, это стало для меня почвой, ну вы вроде слышали. Но месяц закончился, пианино у меня больше нет. Я говорю себе: я крутанусь, я придумаю, все будет круто. Но я фо рил в агонии и ахуе. Я всего рот ебала. Буквально вчера я записывала песни, которые меня опустошают. Буквально сегодня я незнаю где мне взять кэш на билет домой. Это плохо, это хорошо, но кроме этих песен (и этих концертов?) по сути и нет нихуя у меня. Не высказанное/ не написанное ебало меня, уже начинало подгнивать. Теперь оно наружу, а мне стало еще хуевее. Я плачу на могиле ваших принципов, люди, я плачу от невозможного одиночества, я плачу от лжи. Я плачу, потому что вы растерзали меня, дрочеры.

Я планирую дожить до весны, но только потому что мне нужно все дозаписать. Мои соратники должны улыбаться, а вас ебать как взрывает с этого, суки. Или взрывает меня?