Блокбастеров мы не делаем в принципе. Но выставки, привлекательные для широкой публики, входят в музейное планирование, которым занимаются отделы и выставочная комиссия. Я, как директор, вправе все это корректировать, исходя из общего видения. Например, сегодня стратегически важно максимально увеличить количество выставок в Главном штабе, потому что там очень хорошие пространства. Часть публики приходит не в музей, а именно на выставки, их и нужно привлекать в Главный штаб.

Общая стратегия организации выставок, конечно, существует. Ее, может быть, не все сотрудники знают, но я, разумеется, знаю. Важной для нас является традиционная история России с имперским уклоном. Ведь мы Императорский Эрмитаж. За что нас не любили в советское время и стали не любить сегодня: наш музей в некоторых других странах считается проводником российской имперской политики.

Другая категория выставок — это диалог культур, влияние культуры на объединение людей. Третья категория — это, условно говоря, гурманские выставки, демонстрация одного шедевра. Раньше мы возили по одному шедевру со всего мира. Сейчас это сложнее, но регулярно из реставрации выходит либо великая вещь, совершенно по-новому выглядящая, либо работы, авторство которых всегда было под вопросом, но после расчистки получающих имя и славу, становящихся важными предметами эрмитажной экспозиции.

Если же говорить совсем начистоту, то вообще-то выставка не главное, чем должен заниматься большой музей. Наше главное занятие — это постоянная экспозиция, которая должна расширяться, обновляться и иметь свой иерархический склад. Сами выставки должны быть очень тесно увязаны с постоянной экспозицией, поэтому у нас на них нет даже отдельного входа и своих билетов. Как я говорил, выставки мы делаем залпами — на всякий вкус, на всякую потребность разных сегментов посетителей.