😲🤩
😲🥹#aleph #idealist #other #admpost
влд-яппинг про каждую динамику в алефцестах, часть 4/?
текстовый вариант:
последний разговор о алеф/остальные (но не последний в этой рубрике, что вы!) посвящается, очевидно, алефлистам. и о, алефлисты трагичны по тысяче причин.
я хочу начать этот пост тем, что меня не покидает мысль о том, как идеалист подобрал от парацелсуса, пока тот был еще жив, обращение к алефу на "наша [любое прилагательное] звезда", используемое им в начале личного ивента. это мой железобетонный хэдканон, который мне очень сильно некуда деть.
к чему я это все? идеалист находит алефа в каждой мелочи, которую может романтизировать своим, пожалуй, слишком хорошо подвешанным языком. создатель есть его главная муза, и не сомневаетесь, что по крайней мере в первые месяцы, между рабочих писем к алефу со всего света оказывались стихи поэта, обращенные к его лучику света и идейному вдохновителю. причем такие, что не разберешь, хочет ли он ему всего наилучшего, расцеловать в спрятанные щеки, или спать в одной постели. вероятно, вовсе все сразу.
я упоминал, что идеалист есть носитель травмы для алефа как системы. и правда, идеалист — лишь бедный заключенный, существующий в условиях строгого режима, установленного мерлином. при этом, идеалист все еще есть алеф, столь же гордый, убежденный в своей правоте, даже при практическом бездействии в написании его поэмы. его внутренние противоречия, условия, в которых он живет, и их общие симптомы в нем проявляются очень ярко, делая его склонным и к мании, и к депрессии — да и никто не спасет его от страдания под гнетом их общей гипертемезии. но, в отличие от остальных, идеалист будет романтизировать свое страдание в качестве механизма преодоления, ведь в его мире, именно его состояние и унылое положение делает его язык уникальным, а его литературу — истинной, всеобличающей, проникновенной. он не видит себя существующим без страдания алефа, и потому, без ответа на его открытые внимание и привязанность, становится еще большей жертвой, но не считает это причиной прекращать посвящать себя алефу целиком и полностью, в том числе неся его боль на своих плечах.
алефу же сложно с идеалистом. он говорит сложно, его мысли путаются, и зачастую ответить на такой поток просто нечего. но он старается, и он также осознает, насколько тяжело приходится им обоим. пока ответить ему полной взаимностью в его спутанных чувствах возможным не представляется, алеф не отказывает ему ни в чем, как и всем остальным, и потому, если идеалисту нужно, они проведут время вместе, даже если оно закончится головной болью. к счастью, зачастую идеалисту хватает физического тепла, и он не требует какого-то правильного ответа или совета. проблемой это становится только когда мерлин начинает отдирать поэта от алефа силой — впрочем, иногда он прав, так как привыкший к страданию идеалист может пытаться сдвинуть алефа в еще более нездоровые привычки и механизмы преодоления вслед за собой. он не делает это со зла, но это не отменяет плохих последствий, если у него все же получится.