На фасаде «Метрополя» в Москве, у Театральной площади, живёт «Принцесса Грёза» Врубеля. Огромная, небесная, переливчатая.
Её сделали на Абрамцевском заводе в самом начале XX века, при этом в майолику принцессу переводил С. В. Чехонин - тонкий мастер, который умел превратить глазурь в живопись.

Но этот пост - не искусствоведческая заметка об известном произведении искусства, а история про упрямство, характер и скандал).

Для художественного оформления Всероссийской промышленной выставки в 1896 году в Нижнем, Савва Мамонтов заказал Врубелю два панно: «Принцессу Грезу» и «Микулу Селяниновича».
Как вы понимаете, Врубеля нет смысла описывать: масштаб, ритм, загадка. Академическому жюри хватило одной минуты - «безвкусица» (здесь должен быть звук тяжелого штампа). Причем, что примечательно, этот вердикт прозвучал еще даже до того, как Врубель успел их завершить - чтобы запретить к показу.

🧨 И Мамонтов совершает революционный ход! Покупает у Врубеля отвергнутые работы, строит рядом со входом отдельный павильон, и выставляет их напоказ. Мол, раз вам не нравится - вот вам моя собственная выставка.
Через несколько лет та самая «Грёза» оказалась на фасаде нового проекта Мамонтова: гостиницы «Метрополь». Прямо над центральной улицей, на глазах у всей Москвы.

Мамонтов потом разорился, судился, умер в одиночестве. Но его принцесса осталась: сияет себе тихо под московским небом, пережив революции и реставрации.
Поведение мецената - упрямое, нелогичное, сказочное и прекрасное, - стало для меня продолжением той реальности, которую создавали художники Абрамцевского круга.
Красиво.