Импорт на Перекрестке.

Параллельный импорт в 90-е годы дал хороший старт для российских компаний, некоторые из которых до сих пор играют значительные роли в индустрии. Ввоз популярных импортных марок алкоголя тогда был непростым, трудно было найти надежных поставщиков, но и невероятно прибыльным бизнесом. Однако в начале 2000-х годов после ряда законодательных изменений ввоз напитков без разрешения правообладателей был постепенно закрыт. Иностранные гиганты открыли свои представительства в России, обеспечивая стабильные поставки известных напитков, как виски, джин, ром и текила.

Для российских компаний вход в эти категории был фактически закрыт: собственная сырьевая база отсутствовала, а импорт спиртов для розлива был экономически нецелесообразен. Рынок был заполнен доступной и популярной продукцией от зарубежных производителей, и дефицита не было.

Но ситуация начала немного меняться только после 2015 года. Российские компании, такие, например как Ладога с ее джином Барристер, рискнули и преуспели, начав собственное производством. Белуга (НоваБев), Альянс 1892 и Алвиса начали производство виски из импортного сырья. Кемлянский спиртовый завод запустил производство собственного виски.

К 2022 году привычная работа индустрии была нарушена, и российским компаниям пришлось заново выстраивать свои портфели напитков, устанавливать приоритеты и разрабатывать новые планы развития. Это в итоге привело к созданию новой схемы, в которой российские компании заняли нишу доступных товаров для всех категорий, а условно премиальный сегмент остался за такими привычными марками, как Джонни Уокер, Баллантайнз, Джим Бим и Джеймисон.

Основной канал продаж для категорий виски, джин и ром — это федеральные сети, включая Красное и Белое, Пятерочка, Магнит, Бристоль и ВинЛаб. Эти сети сегодня являются основными импортерами алкоголя по возобновившемуся параллельному импорту. Несмотря на то, что формально многие западные производители ушли с российского рынка, их марки легко найти на полках магазинов, объемы продаж не только не упали, но для некоторых марок даже выросли по сравнению с прошлыми продажами.

Как это стало возможным? Во-первых, общий ассортимент импортного алкоголя значительно сократился, и фокус теперь направлен на несколько ключевых марок. Во-вторых, торговые сети почему-то решили не зарабатывать на этих позициях, ставя минимальную маржу. Таким образом, цена на импортный виски как Джонни Уокер или Баллантайнз в крупных магазинах сегодня, по сути, дотационная — магазины компенсируют все затраты по импорту самостоятельно, так как офисы Diageo и Pernod Ricard закрыты, и сети выступают и импортерами, и продавцами.

Удивительно, что те самые иностранные компании, которые ранее щедро спонсировали продвижение своих напитков, сегодня «радуются», когда российские торговые сети из собственных средств дотируют продажу иностранных напитков. Причем речь идет о сотнях миллионов рублей, так как продажи импортных напитков занимают до 25% от всех продаж.

Да, в итоге выигрывают потребители, которые могут купить качественные напитки по условно «доступной» цене в 1200–2000 рублей. Однако такой «праздник» долго продолжаться не сможет. В какой-то момент одна из крупных сетей выйдет из гонки за «лучшую цену», что сразу же приведет к увеличению цен на 30% и более.
Сегодня сети ответственны за стабильные поставки в необходимых объемах, ведь товар теперь покупается не напрямую у производителей, а из наличия на рынке.

Но это также и ограничивает возможности российских производителей для расширения ассортимента. Выпуск новых, качественных напитков в широкую продажу становится убыточным, когда сеть устанавливает высокую маржу на российский товар и символическую — на Джонни Уокер.

Таким образом, сегодняшняя ситуация создает парадокс на рынке: при наличии на полках магазинов импортных напитков по доступным ценам, перспективы развития российской алкогольной индустрии сталкиваются с серьезными трудностями.