Христос воскресе! Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Со вчерашнего дня наши друзья, прихожане, родственники пересылают нам комментарий митрополита Леонида (Горбачева), бывшего архиепископа Владикавказского и Аланского, а ныне экзарха Африки, о церковной ситуации в Республике Южная Осетия. Люди делятся своим возмущением и скорбью по поводу слов митрополита и задают вопрос, с чем связан пренебрежительный и неприязненный тон высокопоставленного церковного деятеля в отношении Республики Южная Осетия, признанной Российской Федерацией в статусе независимого государства в августе 2008 года, и ее законно избранного президента Алана Гаглоева. И каково наше отношение к данной публикации. В связи с массовостью подобных обращений и с тем, что наш монастырь с момента своего основания, в силу своего расположения (расположен на магистрали, соединяющей Северную и Южную Осетию) окормляет жителей как Северной, так и Южной Осетии, считаем своим долгом изложить наше мнение и опубликовать его в публичном пространстве. Надеемся, с Божией помощью, нам удастся сделать это беспристрастно, руководствуясь лишь заботой о народе Божием.
Мы разделяем озабоченность верующих Осетии и их неподдельную скорбь. К сожалению, пост владыки Леонида демонстрирует не только пренебрежение к властям и народу Южной Осетии, но и полное незнание местных реалий, истории вопроса, ментальности и психологии паствы, которую он окормлял в течение пяти лет. Более того, комментарий митрополита является неоправданно жестким и даже жестоким по отношению к народу Южной Осетии в целом. Остановимся на главных пунктах публикации высокопреосвященнейшего Леонида. Владыка обвиняет президента Алана Гаглоева в общении с «раскольниками греческой непризнанной «церкви» и порицает его за обращение к верующему народу (кстати, это традиционное молитвенное пожелание без всякой политической подоплеки), который окормляют «священники этой структуры». При этом Владыка не упоминает, что большинство верующих Южной Осетии с начала 90-х годов являются прихожанами «раскольнической церкви». Не удаляясь в историю вопроса, скажем только, что в самые тяжелые годы, когда народ на юге Осетии неоднократно был на грани уничтожения, добрым самарянином для осетинской церковной общины стали только «непризнанные церкви». Сначала это была РПЦЗ (с 1993 по 2003 гг.), а потом так называемая Старостильная греческая церковь. Вхождение в эти «структуры» было жизненной необходимостью и единственным выходом для верующих Южной Осетии. После признания государственности Южной Осетии Российской Федерацией в 2008 году православная паства республики ожидала признания и церковных структур, тем более что к тому времени произошло воссоединение РПЦ с РПЦЗ, с которой связана история зарождения церковной организации в Южной Осетии. Но неоднократные заявления официальных лиц Русской Православной Церкви о том, что Южная Осетия является канонической территорией Грузинской Церкви, вызвали противоположную реакцию. Народ Южной Осетии не понял и не принял эту позицию РПЦ.

В комментариях к посту Владыка сетует, что в центре Цхинвала «для военнослужащих» построена церковь, куда ходят и местные жители, но «власти упорно поддерживают раскольников». Здесь есть значительная неточность. Не власти поддерживают раскольников, а народ ходит в храмы, которые находятся в юрисдикции греческих старостильников. А власти не могут пренебрегать выбором своего народа. Запретить людям ходить в родные для них храмы и окормляться у духовенства, с которым они пережили самые тяжелые годы войны и блокады, возможно только насильственными методами. Владыка совершенно не учитывает, что в Осетии отношения власти с народом не строились и не строятся по железной вертикали и не носят формальный характер. В кавказских обществах все директивы, если они не поддерживаются личным авторитетом, обречены на провал.