Егеря что-то заорали, потянули за веревки, которыми удерживали дракона. Драко забрался в седло. Гермиона вздрогнула, когда животное попыталось выгнуться и сбросить наездника. Ей показалось, что Драко взглянул на нее. Но он тут же перевел взгляд на дракона и натянул поводья. Крэбб заорал егерям отпускать. Те отпустили веревки, сняли намордник и разбежались, укрываясь мантиями.

Дракон выгнулся и выпустил струю огня.

Жар наполнил холодный воздух, и Гермиона закрыла лицо ладонью.

Дракон выгнул спину, и Гермионе показалось, что Драко сейчас упадет. Она дернулась к нему, хотя и понимала, что ничего не может сделать. Сердце бешено колотилось. Животное яростно выгибалось, пускало огонь. Драко начал заваливаться на бок. По его мантии лизнул огонь. Гермиона почувствовала во рту вкус крови, так сильно она закусила губу. Перевела взгляд на Люциуса, который стоял, глядя на сына пустым и безжизненным взглядом. Затем снова посмотрела на Драко. Он сумел выровняться в седле. Дракон выгибался. Вертел головой на тонкой шее. Шипел и плевался огнем и медленно взлетал, руководимый движениями Драко. Почти царапнул брюхом торчащие из воды черные стволы деревьев. Мелкий дождь не мог погасить огонь, который вырывался из его пасти. Если бы не запруда, огонь спалил все кругом.

Гермиона стояла, онемевшая от страха за мужа. Дракон между тем набирал высоту, все так же пытаясь сбросить наездника, выпускал огонь и рычал. Ей надо уйти, чтобы не беспокоить Драко своими эмоциями. Он должен быть собранным и спокойным и реагировать мгновенно. Гермиона поняла, почему он никогда не разрешал ей смотреть, как объезжает дракона. Зря она настояла в этот раз.

Она взглянула на Люциуса. Он смотрел на все происходящее с удивительным равнодушием, словно это не его сын объезжал дракона. Люциус никогда не проявлял к Драко теплых чувств. Он покупал ему дорогие вещи, он даже принял их брак, хоть и не сразу, но никогда Гермиона не видела от него душевной теплоты. Она знала, что он любит Драко и искренне желает ему самого лучшего. Люциус всегда переживал за него, хоть и показывал это в своей манере, критикуя и придираясь, когда у Драко что-то не получалось. Но даже он никогда бы не смотрел так безразлично, как смотрел сейчас.

Гермиона вспомнила свой утренний сон. В этот раз она даже не хотела его записывать. Ей приснилось, что Драко пришел в ее кабинет в Министерстве. И он сказал, что Волдеморт приказал им создать Крестражи. И что его отец уже сделал это. Неужели это правда? Поэтому Люциус сам на себя не похож?

Она снова почувствовала страх. Ей надо успокоиться и прийти в себя.

Природа всегда действовала на нее умиротворяюще. Гермиона попрощалась с Люциусом и аппарировала в Малфой мэнор.

В парке моросил дождь. Гнили увядшие розы, на дорожке лежала грязь, а ветер становился холоднее и жестче. Ни одного светлого облачка не было на небе, ни одного солнечного луча.

И мысли все были одна другой мрачнее.

Гермиона улыбнулась через силу: ей надо подумать о хорошем… Однажды у нее получилось это сделать.

— У меня есть красивый сад, у меня есть огромный дом, у меня есть любимый муж, у меня есть солнце, у меня есть запах дождя, у меня есть розы, у меня есть магия, у меня есть сконы с изюмом, которые готовит Типпи, — проговорила она. И продолжала вспоминать вслух все, что у нее есть и делает ее счастливой.

Настроение понемногу менялось.

Дождь утих. Облака расходились, показывая кусочек голубого неба. В каплях дождя вспыхивало заходящее солнце.

Серый пасмурный день уже не казался таким безнадежным. Прибитые дождями розы не навевали тоску. Наоборот. Это были последние розы. И они все еще сладко пахли.

🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰 🅰🅰 🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰🅰

https://fanfics.me/fic160727