Последнее предупреждение
Слыхали, ребятушки, выражение такое — «последнее китайское предупреждение»?
Откуда оно взялось — мало кто помнит. Меж тем история у него занятная.
Дело было в конце пятидесятых годов прошлого века, когда Китай с Америкой крепко спорили из-за мест морских, островов да проливов.
7 сентября 1958 года, после появления американских военных кораблей в водах у провинции Фуцзянь, Китай и выпустил Соединённым Штатам первое своё предупреждение.
Только вы тут, ребятушки, важную вещь запомните. Китайцы его «последним» вовсе не называли.
Формула у них была другая: «серьёзное предупреждение».
И каждому такому предупреждению номер полагался.
Первое серьёзное предупреждение.
Потом второе.
Потом третье.
Китай считал, что американские корабли и самолёты заходят в его территориальные воды и воздушное пространство.
Америка с китайскими притязаниями, как водится до сей поры, не соглашалась. А китайские предупреждения тем временем множились.
Второе предупреждение.
Двадцатое.
Пятидесятое.
А 25 мая 1960 года уже отмечали сотое серьёзное предупреждение.
Сто штук, ребятушки!
Тут даже человек терпеливый должен был бы призадуматься. Ежели после первого серьёзного предупреждения понадобилось ещё девяносто девять таких же серьёзных, то какое из них было самое серьёзное?
Американские корабли продолжали плавать. Самолёты продолжали летать. Китай продолжал считать это вторжениями и выписывать предупреждения.
И счёт пошёл дальше.
Двести.
Триста.
В документах Государственного департамента сохранились, к примеру, китайские предупреждения с номерами 270, 271, 272, 273, 274 и 275. Там же американская сторона указывала, что
Получалась картина вроде той, как если бы два соседа за межу спорили.
Один говорит:
— Не ходи по моей земле. Первое серьёзное предупреждение.
Второй отвечает:
— Земля эта, по моему разумению, вовсе не твоя.
— Тогда двести семьдесят первое серьёзное предупреждение!
— А межа где?
— Двести семьдесят второе!
— Всё равно не согласен.
— Двести семьдесят третье!
В апреле 1966 года сообщили уже о четырёхсотом серьёзном предупреждении. Причиной стал американский военный корабль, вошедший в территориальные воды КНР около устья реки Миньцзян в провинции Фуцзянь.
Четыреста предупреждений — это уже, ребятушки, не случайность.
Но и четырёхсотым дело не закончилось.
В рассекреченном американском документе за март 1970 года упоминается аж 472-е китайское предупреждение. Там же указано, что предыдущее, номер 471, было выпущено 3 ноября 1969 года.
А к 23 мая 1970 года предупреждений набралось 474.
Вот тут-то и родилась та самая поговорка.
Потому что советский человек, глядя на эту дипломатическую арифметику, довольно быстро понял простую вещь.
Если тебе объявили предупреждение — дело серьёзное.
Если последнее — ещё серьёзнее.
А если после последнего приходит следующее последнее, потом ещё одно последнее, потом сотое, двухсотое и четырёхсотое, то слово «последнее» начинает жить какой-то своей, удивительной прекрасной жизнью.
Так в СССР и появилось выражение «последнее китайское предупреждение».
Причём китайцы никакого «последнего» в официальное название не вставляли. Это уже советская народная добавка. В ней вся соль и правда сидела.
Потому что настоящее последнее предупреждение по самой природе своей бывает один раз.
После него либо что-нибудь происходит, либо выясняется, что оно было предпоследним.
Вот и стали говорить: «Я тебе последнее китайское предупреждение делаю», — когда грозят в последний раз, потом ещё раз в последний, а после, для полной убедительности, ещё несколько последних раз.
Такие дела…
А у всякого грозного слова сила имеется.
Только сила эта обращения требует умелого.
Потому как молотом можно один раз по наковальне ударить.
А можно четыреста семьдесят четыре раза возле наковальни молотом махнуть.
Тоже, конечно, работа.
Ах, да. Вы спросите, какое было последнее?
Четыреста девяносто седьмое. Вроде.
PS. Не сказка. Реальная история.