Если бы Обломов был вайбкодером в 2026 – Часть 1☝️

К вечеру в его репозитории иногда появлялось столько новых коммитов, сколько прежде небольшая команда разработчиков делала за неделю. Сторонний наблюдатель, заглянув в историю изменений, решил бы, что над проектом трудятся по меньшей мере десять человек, не считая руководителя, архитектора и особенно придирчивого проверяющего. Между тем настоящий хозяин проекта за весь день мог не написать и сотни слов, если не считать сообщений помощникам, большей частью состоявших из нескольких коротких указаний. Но и эти указания он давал не без труда, ибо каждое из них могло повлечь за собой новое направление работы, а всякое новое направление требовало выбора, размышления и, следовательно, некоторой отсрочки.

Комната Ильи Ильича была устроена не без вкуса и даже с претензией на деловой порядок. На столе стояли устройства, призванные ускорять работу; на полках лежали книги о привычках успешных людей, системном мышлении, управлении вниманием и создании продуктов; на стене висела большая доска, исписанная планами. Здесь можно было прочесть: «Запустить сервис», «Найти первые десять тысяч пользователей», «Собрать команду агентов», «Перейти на новый стек», «Начать вставать в семь утра». Последний пункт сохранялся на доске уже третий год, переходил с одного квартального плана в другой и, по-видимому, приобрёл такую прочность, какой не имел ни один из остальных замыслов.

Илья Ильич вовсе не считал себя ленивым. Да и действительно, лень его была уже не той старинной ленью, которая происходила от любви к покою, страха перед усилием или привычки откладывать дело до завтра. Его бездействие имело более современное и сложное происхождение. Он был окружён таким множеством способов начать работу, что ни один из них не казался достаточно окончательным. Прежде чем приступить к делу, следовало выбрать лучшую модель, затем подобрать для неё подходящий набор навыков, настроить агентов, решить вопрос с разрешениями, включить автоматическую проверку, сравнить тарифы и непременно прочесть опыт тех, кто уже всё это попробовал. Когда же подготовка подходила к концу, появлялась новая модель, более быстрая, умная или дешёвая, и начинать работу на прежней казалось уже почти безрассудством.

Если первая модель не справлялась с задачей, Илья Ильич переходил к другой; если и другая ошибалась, значит, следовало улучшить запрос; если не помогал и запрос, оставалось ожидать ближайшего обновления, о котором уже ходили слухи. Между решением и действием у него всегда помещался новый релиз, новая статья, новый инструмент или хотя бы возможность, что завтра появится нечто лучшее и избавит его от необходимости делать сегодня то, что завтра машина сделает сама.

Так проходили дни. Илья Ильич просыпался с мыслью, что сегодня непременно завершит проект, затем проверял, что успели сделать агенты, исправлял их направление, изучал новые возможности, перестраивал систему работы и к вечеру чувствовал приятную усталость человека, у которого весь день что-то происходило. И действительно, происходило многое: менялись файлы, создавались планы, росли расходы на вычисления, появлялись отчёты, исчезали ошибки и возникали новые. Только сама жизнь Ильи Ильича оставалась почти неподвижной, словно все эти деятельные, неутомимые помощники работали не над его проектом, а над тем, чтобы ещё на один день сохранить ему возможность начать по-настоящему завтра.