«Стабильная ситуация» по-русски

Россия закрыла экспорт авиационного керосина до конца ноября. Объяснение от Правительства образцовое в своей лаконичности: «обеспечение стабильной ситуации на внутреннем топливном рынке».

Слово «стабильность» в этой формулировке работает по тому же принципу, по которому в реанимационной карте работает фраза «состояние пациента ровное»: ровное оно ровно потому, что прямо сейчас с пациентом что-то делают, чтобы оно таким оставалось. Если стабильность нужно специально обеспечивать запретом на экспорт, значит, без запрета ее нет.

Это уже второй такой стоп-кран за полгода. В апреле запретили вывозить бензин - формально из-за «сельскохозяйственных работ» и «ситуации на Ближнем Востоке», то есть из-за чего угодно, в эту формулировку помещается весь земной шар. Сейчас обходятся без живописных объяснений вовсе. Керосин нельзя - и точка. С каждым следующим запретом обоснования становятся все короче: видимо, к концу года достаточно будет просто номера постановления.

Получается изящная картина. Страна, которая последние сто лет торговала углеводородами как главным аргументом во внешней политике, экономике и самооценке, тихо запирает собственные склады - потому что внутри не хватает того, чем мы исторически кормили весь мир. Государство, построенное на экспорте, постепенно переходит в режим импортозамещения внутри своих же границ. Импортозамещаем сами себя у самих себя. Это новый жанр макроэкономики, который заслуживает отдельной кафедры.

Постановление, разумеется, написано с положенной советской аккуратностью. Исключения сделают для партий, уже помещенных под таможенную процедуру; для поставок в рамках межправительственных соглашений; для топлива в технологических емкостях воздушных судов «в пути следования». То есть для союзников, для уже улетевшего и для тех, кто все-таки взлетел. Остальное стоит на земле и ждет ноября.

Я почти уверен, что в ноябре запрет продлят. Не потому, что пессимист, а потому, что в апреле тоже было сказано - до июля. Июль на пороге, а никаких сигналов о возобновлении экспорта бензина не слышно. Дальше будет та же история и с керосином. Запреты у нас обычно вводятся как временные, а становятся пейзажем.

Самое интересное в этой истории - то, чего в сообщении Правительства нет. В нем нет ответа на простой вопрос: что именно случилось с нашим внутренним рынком, если для «стабильности» приходится закрывать вывоз сначала бензина, потом керосина? Кабмин предпочитает молчать. И в этом молчании - больше информации, чем во всем пресс-релизе.