Часть 2.
Участники:
Саяна, Эррил, Егор, Хэдми, Пустота, Витя, Резус, Кири, Тоник и Джинн.
ДИСКЛЕЙМЕР:
Повторю ещё раз. Здесь все персонажи ЛЮДИ без СВЕРХСПОСОБНОСТЕЙ. И тут придумана ДРУГАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ. Иногда могут быть проебы в характерах персонажей.
Приятного чтения!
—————
Тропа Сухого Лога проявлялась недолго, каменистые тропы под ногами сменялся с серого на тёмный, почти чёрный, будто кто-то прошёл здесь с факелом и подпалил землю. Потом стих ветер, как будто ложбина вбирала звук в себя и не отдавала обратно. Иней хрустел под ботинками, но хруст был не звонкий, не утренний, а глухой, словно каждый шаг падал в пустоту и не находил дна бездны.
Тоник шёл первым. Он не оглядывался, потому что знал — если обернётся, увидит четыре пары глаз, которые ждут от него уверенности. А уверенности у него не было. Было только надо. Надо идти. Надо вести. Надо не думать о том, что где-то там, выше по склону, лежит человек, которого он знает ближе, чем положено капитану знать своего бойца. Он снял очки, протёр их о рукав, которые запотели от дыхания, и надел обратно. Мир снова стал чётким.
Витя всегда замечал что то первым, потому что был внимательнее остальных. Пока группа шла вперёд, он смотрел сквозь них, на линию тропы, которая вдруг прервалась. Он остановился. Тоник почувствовал это спиной, как чувствуешь, когда за тобой перестают идти.
— Что там? — спросил он, оборачиваясь.
— Автоматы, — сказал Витя.
Тишина настала оглушающей. Как будто сама ложбина прислушалась. Они подошли медленно. Тоник опустился на корточки, не касаясь, рассматривая оружия.
Автоматы лежали на голом камне, уложенные в ряд. Приклады ровные, стволы в одну сторону, магазины на месте, затворы сухие. Ни пыли, ни инея сверху, ни отпечатков пальцев. Как будто кто-то вынул их из рук спящих и положил их сюда.
— Они не стреляли, — сказал Тоник. Голос ровный, но каждый понял: капитан убеждает себя, а не их.
— И не несли, — Резус наконец шагнул ближе. — Ремни сложены, как в арсенале, никто не снимал их в спешке.
Саяна обошла автоматы по кругу. Медленно, как обходят чью ту старую могилу. Она смотрела не на оружие, а на камень под ним, на иней, на то, что должно было остаться, если бы здесь действительно стояли люди.
— Ни следа, — сказала она тихо. — Если бы они снимали автоматы здесь, осталось бы хоть что-то.
— Может, они и не снимали, — сказал Хэдми. Он стоял в стороне, поправляя упавшую на глаза повязку обратно на лоб.
— А кто снял? — Резус резко обернулся.
Хэдми не ответил. Он смотрел на трекер, который только что заметил.
Трекер лежал рядом с автоматами. Тот же самый с зелёным огоньком, который мигал медленно и ровно.
Тоник взял его. Повертел в руках. Корпус оказался тёплым, хотя камень под ним был ледяной.
Трекер сам воспроизвёл запись:
Сначала был ветер. Шум лопастей. Потом голос Эррила. Спокойный и ровный, командный. Тот самый голос, который Тоник слышал сотни раз на брифингах, на построениях, на заданиях. Голос человека, который знает, что делает.
«Первая точка. Высадка завершена. Начинаем движение по маршруту. Время десять сорок. Погода ясная. Ветер слабый. Видимость нормальная.»
И потом другой голос. Сбивчивый, как у человека, который только что упал и ещё не решил, смеяться ему или ругаться.
«Эррил, мы все в снегу, блять!.»
«Что?» — бросил капитан Эррил, спустя секунду молчания.
«Пустота наебнулась и задела Джинна, Джинн задел меня. Теперь мы все в снегу.»
И третий голос. Женский, спокойный, с лёгким раздражением, словно её обвиняли несправедливо:
«Я зацепилась рюкзаком из за Кири, не гоните на меня!»
Раздалось знакомое и отчётливое цоканье Эррила:
«До связи.»
Щелчок и запись закончила.
Тоник выключил трекер и посмотрел на группу.
Саяна нахмурилась. Резус замер, его рука застыла на застёжке. Хэдми оставил попытки поправить повязку. Глаза чёрно-белые, зрачки расширены. Он смотрел на склон, туда, откуда они пришли, туда, где снега не было. Витя смотрел вверх на тропу.
— Какой, нахуй, снег? — сказал Резус. — Здесь нет снега, только иней.
— Но на записи есть, — сказал Тоник.
— Значит, запись врёт.