三 ₊ . 𐌏н нᥲᤋыʙᥲᥱᴛ ⲙᥱня
"Вᥙκᴛ᧐ρ". 𐋏ᥱ "Дуⲙ". 𐋏ᥱ
"Д᧐κᴛ᧐ρ". 𐋏ᥱ "Вᥲɯе
ʙᥱ᧘ᥙчᥱᥴᴛʙ᧐". 𐌿ρ᧐ᥴᴛ᧐ —
Вᥙκᴛ᧐ρ. 𐌺ᥲκ δудᴛ᧐ — ᧐δычныᥔ чᥱ᧘᧐ʙᥱκ. 𐌺ᥲκ δудᴛ᧐
я ᤋᥲᥴ᧘ужᥙʙᥲю ϶ᴛ᧐ᴦ᧐ ᥙⲙᥱнᥙ.
𐌺ᥲκ δудᴛ᧐ я нᥱ ᴛ᧐ᴛ, κᴛ᧐
ρᥲᤋρуɯᥲ᧘ ⲙᥙρы. 𐌑᧐жᥱᴛ,
ρяд᧐ⲙ ᥴ нᥙⲙ я ᥙ ᥰρᥲʙдᥲ
ᥴᴛᥲн᧐ʙ᧘юᥴь ᧘учɯᥱ
😎 𐌲᧐ʙ᧐ρяᴛ, чᴛ᧐
ᥰρ᧐ᴛᥙʙ᧐ᥰ᧐᧘᧐жн᧐ᥴᴛᥙ
ᥰρᥙᴛяᴦᥙʙᥲюᴛᥴя. 𐌑ы ᥴ нᥙⲙ —
нᥱ ᥰρ᧐ᴛᥙʙ᧐ᥰ᧐᧘᧐жн᧐ᥴᴛᥙ. 𐌑ы
— ᧐дн᧐ цᥱ᧘᧐ᥱ, ρᥲᤋдᥱ᧘ённ᧐ᥱ
нᥲ дʙᥱ ᥰ᧐᧘᧐ʙᥙны. 𐌑ᥲᴦнᥙᴛ ᥙ ⲙᥱᴛᥲ᧘᧘. 𐌑ᥲᴦᥙя ᥙ нᥲуκᥲ. Б᧐᧘ь
ᥙ нᥲдᥱждᥲ. Вⲙᥱᥴᴛᥱ ⲙы — ᴛ᧐,
чᴛ᧐ д᧐᧘жн᧐ δы᧘᧐ ᥴ᧘учᥙᴛьᥴя.
𐌿ρ᧐ᥴᴛ᧐ ᥴ᧘учᥙ᧘᧐ᥴь ᥰ᧐ᤋжᥱ,
чᥱⲙ нужн᧐.
𝒩 𝑒𝑤 𝑝𝑜𝑠𝑡 𝑏𝑦 — ˖ https://t.me/AE_2er ֺ
Tag's;
#зарисовкиХедканон #Марвел #доктордум #магнето #магнедум #валерияричардс
Закат над Думштадтом был багровым — тяжёлым, густым, как старое вино, которое Виктор Дум предпочитал пить в одиночестве..
Но сегодня вечером его покой был нарушен.
И нарушен с его собственного согласия.
Магнето прибыл ровно в назначенный час.
Ни раньше. Ни позже.
Эрик Леншерр не привык опаздывать — это было бы знаком неуважения. А Доктора Дума он уважал. Возможно, впервые за долгие годы — уважал того, кого многие называли тираном.
— Латверия прекрасна, — сказал Магнето, проходя в тронный зал. Его взгляд скользнул по мраморным колоннам, по гобеленам, по чёрно-золотым знамёнам с гербом дома фон Дум.
— Ты построил империю из пепла..
— Империи всегда строятся из пепла, — ответил Дум, поднимаясь из кресла. Его маска блеснула в свете канделябров.
— Разница лишь в том, кто разжигает огонь.. Я предпочитаю быть тем, кто его контролирует.
Они не обменялись рукопожатием.
Дум не протягивал руку.
Магнето не предлагал.
Два лидера.
Иногда для понимания достаточно одного взгляда.
Ужин
Стол был накрыт в малой гостиной — комнате, которую Дум использовал только для самых важных гостей. Дубовый стол, полированный до зеркального блеска. Тяжёлые серебряные подсвечники. Хрусталь, который помнил ещё ту эпоху, когда Латверия была королевством, а не полигоном для чужих амбиций.
— Ты не ешь мясо? — спросил Дум, заметив, что Эрик отодвинул тарелку с бараньей отбивной.
— Нет, — ответил тот.
— Слишком много лет я видел, как человечество пожирает моих людей.. Это отбило аппетит к плоти. В прямом и переносном смысле.
Дум кивнул. Не спорил.
Не иронизировал.
Просто кивнул — и жестом велел слуге заменить блюдо на запечённые овощи с травами.
— Я знаю, что такое быть тем, кого преследуют, — сказал он, поднимая бокал.
— В Латверии когда-то жгли цыган. Мою мать.. Моего отца. Моих предков. Я не забыл. И не простил.
— Потому ты и построил стены, — ответил Магнето.
— Потому ты и правишь железной рукой.
— Железной? — Дум усмехнулся.
— Скорее стальной. Железо ржавеет. Сталь — только закаляется!
Они пили вино — тёмное, густое, с привкусом вишни и перца. Говорили о мутантах, о политике, о том, как выжить в мире, который ненавидит тех, кто не похож на него.
Спорили. Соглашались.
Расходились во мнениях.
Снова сходились.