🦦Стиль Минджон вне съёмок – зачастую светлый, в пастельных и молочных тонах, что придаёт ей сходство с фарфоровой статуэткой. Хотя гардероб девушки буквально ломится от одежды любых оттенков и самых разных категорий – от повседневного кэжуала до вечерних нарядов. Под все её «шматье» в доме выделено две просторные гардеробные комнаты: некоторые вещи она надевала лишь единожды ради выхода на дорожку или специальной проходки перед папарациями, а некоторые до сих пор лежат в заводских коробках и фирменных пакетах с нетронутыми бирками. В её повседневных аутфитах регулярно фигурируют приталенные рубашки, белые топы и майки, широкие серые или молочно–белые штаны, серые свитера. Обувь на низкой подошве – её всё.

Украшений у Винтер тоже просто нескончаемая гора – целых два шкафа в пол забиты всевозможными побрякушками, от массивных цепей до элегантных подвесок, включая множество вещей, которые крупные бренды присылали ей в качестве подарков на мероприятия. Однако в обычной жизни, вне вспышек камер, она привыкла не носить практически ничего. Любые лишние элементы на коже, будь то браслеты или тяжёлые серьги, вызывают у неё физический дискомфорт и отвлекают. Но её внутренний шопоголик громко и возмущённо кричит каждый раз, когда она видит красивую ювелирную подвеску, поэтому в доме оседает всё больше красивых безделушек. Её максимум в повседневности – это классические маленькие часики с тонким ремешком и пара тонких и маленьких колечек.

Макияж – строго в стиле «no-makeup makeup», то есть макияж без макияжа: тональный крем наносится минимально, тончайшим слоем, чтобы не утяжелять кожу, а акцент делается исключительно на аккуратно причесанные брови и пушистые, слегка подкрученные ресницы. Сохранение образа милой, трогательной девочки всегда стоит на первом месте и диктует все косметические решения, ведь никогда не знаешь, где тебя могут подловить папарацци.

Ногти – практически всегда одного и того же телесного оттенка, максимально близкого к цвету кожи, чтобы выглядеть естественно. Изредка Минджон меняет цвет на светлый нюд или прозрачный глянец, но всегда остается в рамках строгой нейтральной гаммы, и с недавнего времени она почти всегда носит короткие.

Ни татуировок, ни проколов у неё нет – этот пункт отдельно и строго прописан в многолетнем контракте с её агентством, и это является незыблемым правилом. Впрочем, сама Винтер, даже если бы не было контракта, пока тоже не горит особым желанием искать себя в боди-арте. Лишь однажды, во время прогулки, она мимолётно подумывала о проколе хряща уха, чтобы носить стильный кафф, но, как только представила иглу, сразу испугалась боли и решила даже не заводить разговор с руководством.

TW. Тема самоубийства и селфхрама.

🌟а обложках глянца – Минджон прекрасна.

Идеальный свет, безупречный макияж, улыбка, за которую платят миллионы. Но как только объявляют конец съёмки – лицо меняется в надменное, движения становятся резкими, почти брезгливыми. Она не играет роль – она просто перестаёт продавать товар, которым является её лицо. И этот контраст пугает даже опытных фотографов.

Абсолютная и тотальная эгоистка. Минджон – бог в своей голове. Она привыкла к особому отношению к себе, и даже те отношения не смогли сломать её самомнение. Весь свет софитов должен быть направлен в неё, и если бы её воля – она выступала на гонках без маски, но слишком боится публичного позора, ведь спонсоры не поймут, почему их драгоценное лицо рискует жизнью на ночных трассах Токио. Она смотрит на мир через призму тотального превосходства, где чужое мнение – это фоновые звуки, которые её абсолютно не интересуют. А чувства других людей на неё не влияют никак. Эмпатии у неё кот наплакал, и глазом не моргнёт, если от её резких слов у человека глаза на мокром месте. Она не понимает, почему кто-то может страдать из-за её слов, – ведь она всего лишь сказала правду, а правда не может быть обидной, это просто факты, и если ты не можешь их принять, то:
— Проблема в тебе, а не во мне.

Деньги для неё – это основное и главное. Имеешь деньги – имеешь мир. Она прагматик до мозга костей, и всегда думает, как любую ситуацию можно превратить в зелёные купюры в собственном кармане. С милым рай в шалаше? Глупость. Фраза: «за деньги любовь не купишь» – для неё пустой звук, но она почему-то возвращается к этой мысли снова и снова. Она отказывается это слушать, но её собственный мозг предательски возвращается к этим словам, когда она смотрит на чужие счастливые пары в ресторанах или видит в соцсетях фотографии старых друзей, которые обнимаются и улыбаются не ради камеры.

С немногими знакомыми и «друзьями» она не понимает, как себя вести. Когда те проявляют что-то хорошее в её сторону, Минджон может замереть, абсолютно встать в ступор от незнания, как действовать. От хороших слов по типу «ты такая милая» она может кинуть абсолютно скептический взгляд. Она привыкла к комплиментам про красоту, про внешность, про то, как она выглядит на обложке, – это буквально база, которая кормит ее самомнение. Но когда люди говорят о её характере, о том, что она сильная или что они восхищаются тем, как она справилась с прошлым, ей становится не по себе. Она не знает, что с этим делать, не знает, какое лицо надеть, и поэтому надевает маску холода – единственную, которую она выучила в совершенстве.

Дальше вытекает тотальное недоверие, которое отравляет каждый её день. Параноидальные мысли о слежке иногда съедают её так сильно, что она пару раз в панике вызывала полицию к себе домой, думая, что к ней кто-то пробрался. Она проверяет замки по три раза на ночь, а шорохи за окном превращаются в кошмары. А после отношений с бывшим парнем она часто шарахается мужчин подобного типажа, как он, – с одинаковым телосложением, похожим голосом или походкой. А пару раз принимала других парней со спины за него, из-за чего впадала в состояние паники. Сердце начинало биться так, что она слышала его в ушах, а руки начинали трястись. Хотя она яростно отвергает, что боится его, кошмар о том что он снова и снова ломится к ней в дверь – ее не покидает.

Она не умеет переживать травмы. Плакать – ведь это слабость, а слабость – это поражение. Всю свою боль она глушила работой, контрактами, бесконечными перелётами, съёмками, интервью. Сейчас – гонками, скоростью, которая заставляет сердце биться быстрее, но не от страха, а от адреналина, который заглушает всё остальное. А так же не редко алкоголем. Винтер и пиво в одном помещении – абсолютно запретная штука, ведь у девушки нет внутреннего стопа. Она может пить до тех пор, пока не отключится, пока не перестанет чувствовать, пока ночь не растворится в утренней мути. Удивительно, как она или её ещё не убили. Помимо этого один раз в жизни пробовала наркотики, но из-за постоянных проверок здоровья не смогла затянуться полностью, а зависимость прошла быстро. Она просто заглушила всё алкоголем. И, конечно, она не умеет просить помощи. Это тоже самое, что и слёзы, – слабость, которую она не может себе позволить, даже если мир рушится вокруг неё.

Мстительность у неё по крови течёт. То, что она сделала с родителями..стоп. То, как она издевалась над братом за то, что он просто родился, – уже абсолютно отвратительный поступок, но она не чувствует вины. Она чувствует лишь право. Что уж говорить о том, что и в садике, и во времена детских съёмок она так же порой унижала остальных девочек и мальчиков, которые оказывались на её пути. Зачастую ей двигало чувство зависти – чёрной как смоль. Ведь, как оказывалось, не одна её семья была богата, и тогда это могло превратиться в голове Винтер в соревнование, в битву за место под солнцем. Пару раз она подставляла других моделей уже во взрослом возрасте, чтобы те не вышли на подиум или не прошли тот или иной кастинг. Она звонила нужным людям, которые по её просьбе нажимали на нужные кнопки, и у неё прекрасно получалось устранять конкурентов.