i'm not a violent dog, i don't know why i bite. i bite because it's all i've ever known.
🤩чжао юйфань 🥹джеймс 🥹玉 (юй) 🥹 менеджер команды 04
🤩возраст: 23
🤩биография:
рожденный не в то время и не в том месте. отпрыск семьи из Гонконга начала 2000х — города, где деньги текли рекой, только вот течение несло их мимо старых районов, напоминающие видом гетто. и, сама фортуна его безумно любила: Джеймс родился именно в подобном. его родители — беженцы из Фуцзяни, нашедшие друг друга на чужой земле. отец чистокровный китаец с золотыми руками. мать — японка, сбежавшая из дома ради мужчины, за которого никто не дал бы и попорченной иены. девушки часто ставят на кон все ради любви, в этом они особенно прекрасны.
отношения в семье не были напряженными. родители прекрасно к нему относились, но он оставался ребенком беженцев. их квартира не была «квартирой» в стандартном понимании этого слова, скорее клоповником. в Гонконге такие называют «клетками» — четыре квадратных метра, кухня в коридоре, душ над унитазом. здесь пахло чужим карри, соседским маджонгом и мамиными духами, которые она использовала только на выходные вечера. отец был вынужден чинить детали на полу, на стол не влезало. а мать каждую ночь считала мелочь, потому звук монет был особой колыбелью у Юйфаня.
переломным моментом стало увольнение отца. тот был лучшим механиком, пусть и платили мало. жизнь действительно несправедлива, работодатели любили пользоваться званием «беженца». порой приходилось подрабатывать по просьбе начальства — чинить машины на нелегальных гонках. даже если поймают, разве удивительно? учитывая район, в котором они жили, где такая практика — частое явление. а еще [особенно] учитывая, что они — семья беженцев. однажды отца Джеймса попросили подписать акт осмотра грузовика, где занижали износ тормозов перед крупным контрактом. начальник сказал: 'ты просто подпиши бумажку, Чжао', но отец ответил: 'а когда этот грузовик убьет чью-нибудь семью — вы тоже просто подпишите бумажку о том, что ничего не знали?'. конечно, таких своевольностей здесь не терпят. вышвырнули без выходного пособия, занеся в чёрный список местных легальных автопарков. а к нелегалам по своей воле он не хотел идти — все знали, что это болото. пучина, которая тащит на самое дно.
матери пришлось взять третью подработку, что оказалось летально для нее. свое сердце она не берегла десятилетиями — не только в момент, когда влюбилась в нынешнего супруга — а всегда. она сделала бы все ради семьи. пока та шла до офиса, сердце не выдержало, она упала прямо на лестнице. операция стоила как новая машина, какая-нибудь GLK GTR. отцу пришлось вернуться в нелегальщину, а сверху пойти к ростовщикам. они не спросят у тебя, на что тебе нужны деньги, дадут сумму, за ней срок. бегать от коллекторов, выплачивать долги, чувствовать запах дешевого паленого алкоголя и слушать крики — стало рутиной. так прошло три года: без риса, иногда без воды. в это время Юйфань научился считать не только деньги. он пообещал себе, что обязательно сможет помочь своим родителям.
так Джеймс решил выйти на двоюродного брата. тот жил под Коулуном, там же находился тоннель, в котором пахло бензином и свободой. гонщики на старых «хёнда» рассекали воздух по ночам, забывая о кредитах, разводах, проблемах, начальниках и об утренних сменах. но Юйфаня цепляло сколько не это, сколько сама система. только зайдя внутрь небольшого а-ля 'паба', прикрепленному к компании гонщиков, тот сразу считал обстановку. увидел, кто платит полиции, кто принимает ставки, кто является лишь игрушкой в руках расчетливого менеджера. а ещё перед заходом приметил то, что чему его научил отец — чьи шины выглядят слишком новыми для подержанной машины, чьи дороже, чьи куплены экономно, но верно. ему понравилось то, как здесь все обманывают друг друга, думая, что никто не видит. этот мир был местами еще несправедливее, чем обыкновенный повседневный, но откуда ей взяться, когда здесь у всех на глазах полицейские принимают купюры, чтобы люди ощутили свой вид 'экстази' — адреналин.