14 сентября 2026 года был подписан меморандум между Шотландией, Уэльсом и Северной Ирландией — дорожная карта о самоопределении и выходе из состава Великобритании. Это шантаж со стороны глобалистов: «Враг моего врага может быть моим ситуационным партнёром». Они используют эти три территориально-национальных объединения как инструмент давления на Лондон. Уэльс и Шотландия объявляют о том, что хотят выйти, стать самостоятельным государством, не иметь ни с кем никаких дел. А Северная Ирландия заявила о желании войти в состав Республики Ирландия. То есть отдельный остров, отдельное государство и с песней по жизни.Но давайте вспомним историю. Когда в 2016 году был референдум о выходе из Евросоюза, ни Шотландия, ни Уэльс, ни Северная Ирландия не проголосовали большинством за выход. Они голосовали за то, чтобы остаться в Евросоюзе. И теперь глобалисты используют это как рычаг. Правительство Великобритании делает всё для того, чтобы остаться в своих собственных границах. Иначе этот остров претерпит значительный развал. А если на острове начнутся беспорядки, то во всех заокеанских территориях — Канаде, Австралии — вообще никто не останется. Возвращение в ЕС — это не про экономику, а про сохранение государства. Британия не «возвращается домой», а пытается спастись от распада.
❗️Статья 49 и пять шагов.Александр Паринов подробно разбирает юридическую процедуру возвращения. Статья 49 Договора о Европейском Союзе. Пять шагов: формальная заявка в Европейский Совет; Европейская комиссия оценивает, соответствует ли страна критериям; Европейский совет единогласно принимает статус кандидата; переговоры о присоединении с каждой из 27 стран; ратификация всеми 27 парламентами и Европарламентом. И здесь ключевой момент: если одна страна будет против или у неё будет какое-то обременение, процесс неизбежно будет затянут. Самые оптимистичные политики дают прогноз 5–7 лет на возвращение в полном статусе. А есть страны, как Венгрия, Польша, которые начинают считать деньги и понимать, что Британия решится многих своих плюшек. И главная плюшка — это «чек Маргарет Тэтчер». Он давал Британии большие процессуальные и экономические уступки. Скидка в бюджете, освобождение от Шенгена, освобождение от евро. Сейчас этого не будет. И здесь возникает дилемма: если привилегий не будет, то целесообразность возвращения с экономической точки зрения будет минимальной. Британия хочет вернуться, но на своих условиях. А Евросоюз не готов предоставить эти условия. И это создаёт пространство для торга, для конфликта, для затягивания процесса.
❗️Северная Ирландия и закат фунта. Отдельный сюжет — Северная Ирландия. При выходе из Brexit Северная Ирландия осталась во многих механизмах Евросоюза. Там не работают новые законодательные инициативы Урсулы, но все законы ЕС, принятые, когда Британия состояла в ЕС, применяются. Это так называемый «ирландский морской барьер». И вот здесь возникает вопрос: если Британия вернётся, а Северная Ирландия сохранит скидки по чеку Маргарет Тэтчер, а остальная Британия — нет, то возникнет экономический перекос. Бизнес будет ломиться в Северную Ирландию, потому что там будет выгодно. Свобода передвижения вернётся, и это увеличит миграционное давление. «Африка встретится с Азией именно на этом острове». И ещё один сильный экономический аргумент: с учётом потери чека Маргарет Тэтчер Великобритания вынуждена будет чётко сообщить Евросоюзу, когда и при каких обстоятельствах она будет в единой валюте. Это фактически закат английского фунта. Начиная с 1979 года, дальше в 1999-м, дальше в 2004-м и консерваторы, и лейбористы говорили: «Никакой евровалюты. Мы хотим иметь полный контроль над своей валютой, и свой Центробанк мы не отдадим под контроль какого-то надгосударственного образования». А теперь им придётся это сделать. Пусть это будет 5 или 10 лет переходного периода, но они должны будут начать двигаться в сторону объединённой валюты. Валюта — это не просто деньги. Это инструмент суверенитета. И отказ от фунта — это отказ от части суверенитета. И вот здесь «ряд серьёзных семей Великобритании сильно подумают, что им делать».