Это признание показательно. Оно означает, что даже внутри правящей элиты административные реформы воспринимаются не как инструмент экономии для граждан, а как инструмент кадровой политики.
Политический слон в комнате. Тэргутэ сформулировал главную проблему, которую остальные обходили: «Где находится Кишинэу и где находится Бельцы?» Он указал, что столица останется центром региона Центр, но при этом «Кишинэу поглощает более 60% экономического потенциала страны». Регионализация не создаст новых экономических центров, если Бельцы и Кагул останутся на периферии. Он пошёл дальше и задал вопрос, который в передаче так и не получил ответа: «Представьте, что эти президенты регионов станут членами правительства... Как будет выглядеть это правительство?». Это не абстрактный вопрос. Если Север, Центр и Юг получат избранных руководителей, они неизбежно начнут претендовать на политический вес. В стране, где электоральная карта расколота, регионализация может создать три автономных политических центра, каждый со своей повесткой и своими интересами. Правительство, которое сейчас продвигает реформу, может через несколько лет столкнуться с региональными лидерами, которые не захотят подчиняться центру.
❗️Часть третья: что осталось несказанным. Кто выиграет от реформы? В передаче несколько раз прозвучало слово «клиентела». Кашу прямо сказал: «Районные советы — это не что иное, как источник политической клиентелы». Люди, которые раздают листовки в Криве или Джурджулештах, получают работу в районных советах на четыре года. Но никто не спросил: не станут ли новые регионы ещё более крупным источником клиентелы? Если районные советы были «источником», то региональные администрации с многомиллионными бюджетами и полномочиями по распределению европейских фондов станут источником в квадрате. Партия, которая контролирует регион, получит доступ к финансированию, к кадрам, к влиянию на местные выборы.
Европейские деньги как оправдание. Тэргутэ упомянул, что регионализация необходима для вхождения в бюджет ЕС на 2027–2033 годы, который распределяется по регионам. Это правда. Но он же предупредил: «Если не будет политической и экономической гармонии, PAS будет импровизировать». Чокан добавил важную деталь: Литва, которая по размеру и экономике сопоставима с Молдовой, пошла по пути «одного региона» и в результате все фонды ЕС достались Вильнюсу, а остальная страна осталась ни с чем. Это предупреждение. Если Молдова создаст три региона, но не создаст механизмов выравнивания, Кишинэу (в регионе Центр) может поглотить львиную долю европейских денег, а Север и Юг останутся в стороне. Никто не спросил: какие механизмы перераспределения будут заложены в закон?
Молчание о Гагаузии и Приднестровье. В передаче несколько раз упоминалась Гагаузия — «особый статус», «три района внутри автономии», «закон о статусе может быть изменён только конституционным большинством». Но никто не обсудил, что произойдёт, если Гагаузия откажется вписываться в новую структуру. Аналогично — Приднестровье. Чокан сказал: «Мы должны будем интегрировать и приднестровский регион, который, вероятно, сохранит свой статус». Но как он его сохранит? Будет ли это четвёртый регион? Особая зона? Об этом не было сказано ни слова.
❗️Часть четвёртая: короткая, но показательная перепалка о воде. В конце передачи дискуссия перешла к кризису на Днестре. Здесь произошёл эпизод, который стоит отметить отдельно. Тэргутэ упомянул протокол 2010 года между премьерами Владом Филатом и Юлией Тимошенко о демаркации границы и гидротехническом узле в Наславче. Чокан резко отреагировал: «Вы используете фальшивый кейс, который распространяется в прессе».Тэргутэ парировал: «Этот протокол был подготовлен в 2008 году правительством Тарлева и подписан лично Игорем Додоном, министром экономики». Он подчеркнул, что в 2012 году был подписан Римский договор между Молдовой и Украиной, который установил принципы использования бассейна Днестра, включая экологический сток и обязательную координацию при изменении режима стока.