алгоритмическая лента узнаёт нас по следам. из маленьких жестов собирается профиль. клик, пауза, лайк, повтор. затем профиль сам начинает действовать как среда, предлагая человеку мир, в котором легче совпасть с уже прожитой версией себя.
так появляется камерная цифровая судьба.
гомофилия в платформенной культуре — архитектура повторения. подобное тянется к подобному, привычное усиливает привычное, распознанное возвращается рекомендацией. система ненавязчиво вопрошает: на что ты уже похожа? какой образ тебя проще продолжить? к какой версии тебя удобнее вернуть?
постепенно лента становится бескрайним, бесшовным зеркалом.
узнаёт меня.
тренирует.
сужает до паттерна.
есть и другой вектор, как пишет патриция рид — ксенофилия: дисциплина встречи с чужим, незнакомым, не распознанным; способность выдерживать то, что не помещается в готовые формы – человека, интеллекта, желания, памяти.
ии обнажает это расхождение.
голос отделяется от биографии.
стиль — от тела.
память — от опыта.
интимность — от присутствия.
мышление — от фигуры автора.
мне кажется это невероятно тревожным. коммерчески выверенным. и эта трещина слишком тонка, чтобы оставить его платформам. в нёй проявляется, что субъект никогда и не был цельным, естественным. таким, каким хотел казаться. ‘я’ собиралось через язык, чужие взгляды, фотографии, сообщения, промпты и историю браузера, через интерфейсы, роли. ии добивает эту сборку, делая её неприлично явной.
вопрос:
может ли ии нарушить гладкость профиля?
может ли вывести нас из автоматизма сходства?
может ли вернуть в мышление чужое — внутри интеллекта, технологии, самих себя?
более странное ‘я’.
открытое.
все меньше совпадающее со своей цифровой судьбой.

<делюсь мыслями из моего доклада для &tnc раз это xenopoem выходные>