​​​​Onegai, My Melody — это один из моих любимых аниме-тайтлов, не столько потому, что вокруг фигур Май мелоди, Куроми и их команды комапния Sanrio за годы сделала кавайную маркетинговую империю, и 50-ти и 20-ти летие которых недавно отмечала вся Япония, а за то, что на аниме, которое казалось бы нужно только для промоушена мерча, на проверку оказывается очень глубоким, архетипичным представителем сёзде начала нулевых годов.

Куроми — это носящая глубокий рессентимент, уходящий корнями в детство, взбалмошная пикми натура, масштабы трикстерства которой поравнятся с самыми великими архизлодеями,ведь она (вместе со скрипачом-семпаем, который был очарован поиском идеальных форм искусства) хочет уничтожить возможность желать, по сути, стереть само человеческое бессознательное, уничтожив при этом Мериленд, страну среди облаков, состоящую из воплощенных и невоплощенных желаний людей, и откуда родом и Куроми, и Май мелоди.

С самой Май мелоди другая история. Май мело, это персонаж, начисто лишенный эго, это воплощенный милый альтруизм на грани аутичности, ведь, если ты любишь всех одинаково, то ты не любишь по факту никого. Такой паттерн токсичной позитивности был бы губителен для любого другого существа, но только не для Май мело. Она, сталкиваясь с любой проблемой, решает её в своём собственном тепме, параллельно попивая чаёк, дозволяя остальным прислушиваться с своему ритму существования.

Особенно хорошо такая деконструкция-реконструкция получается у недавнего восхитительно милого стоп-моушен аниме
от нетфликса My Melody & Kuromi, расширяющего лор Мариленда. Доброта Май мело сталкивается с трудностями дружбы, предательства и конкуренции в сфере кондитерского ремесла, когда Куроми, под манипуляцией кондитера принца Фисташки, ворует сердце небесного короля, который стал жертвой эгоистичного желания принца стать самым великим кондитером в мире. Тело короля, сделанное из сахарной ваты, поглотили его подданые, сеъвшие сладости, улучшенные силой сердца. Антропофагия тела-сладости становится поворотным моментом в судьбе мира, предвосхищая катастрофу бессознательного и анималистическое пожирание-потребление сладостей, грозящее уничтожить Мариленд.

Когда Май мело даётся ультимативное искушение — пряник, который при поедании может уничтожить мир, её желание было столь альруистично, сколь обыденно. Она захотела вздремнуть и пожелала чтобы вокруг неё было больше улыбок, чем слёз, и тем самым сломала волшебную психоаналитическую систему и вернула гармонию миру.

Это своего рода нефилософская магия, заключённая в имманентных материальных вещах-аффектах, сладостях, жезлах, ключах и сердцах, магия основанная на дхармическом принципе любящей доброты, майтри или метты, распознавания фундаментального единства между нами и другими, сопереживания и готовности видеть мир глазами другого, эмоционально расти с другими. Возможно Май мело это пекущая сладости бодхисаттва.