Желающее производство Брайана Джонсона 2/2

Если вы почувствовали знакомый технобро душок, схожий с эффективно акселерационистским, то вы не одни — желающее производство и техника опять оказались отделены от социального производства и политического действия, и нам предлагается положиться на морализм в вопросах человеческого здоровья вместо обширных реформ. В какой-то степени, анархо-коллектив GynePunk, любимый Хелен Хестер. делает для улучшения природных способностей и преодоления природных ограничений своим коллективным биохакингом и творчеством не меньше, а может даже больше, чем миллионер-ютубер.

Джонсон утверждает, что за два года он достиг замедления темпов старения на 12 лет по среднему показателю ВСР, снизил свой возраст на 14 лет, что повреждения, вызванные старением, накапливаются медленнее, чем у 88% 18-летних людей, что уровень воспаления в организме на 85% ниже среднего 18-летнего, что достиг нижних 0,5% объёма висцерального жира, мышечного жира и подкожного жира и тому подобное. Он каждый принимает около сотни витаминов и добавок, таких как креатин, таурин, цитрат магния, аллюлозу, все витамины группы В, D, E, селен, лютеин и тд. Джонсон неоднократно заявлял, что он стремится к полной автоматизации жеста, движения и жизни, для него алгоритмы, рутина и гастевское отношение к быту — часть его философии зероизма. И, надо сказать, я в чём-то симпатизирую такому подходу, так как люблю различные автоматизирующие гаджеты и предметы, компилирующие и перенарезающие жесты до самых мельчайших. Вопрос, до какого предела можно автоматизировать жест и при этом развивать локомоторные движения тела, оставим для следующего раза.

Мне хочется остановится на том, почему 40-летний миллионер обладает психологической необходимостью замедлить или даже обратить свои биологические процессы, необходимостью, которая пришла ему в голову после того, как он разбогател. И я думаю, что такая невротизация лежит в основе современного оккультно-технологического желания.

Делез и Гваттари в своём замечательном «Анти-Эдипе», часто упоминают психоаналитическое разделение, связанное с отношением к имени-отца, который совершает символическую кастрацию отношения ребёнка к матери (т. н. символического фаллоса, объекта а), невроз и психоз, где первый возникает, когда кастрация принимается ребёнком и он следует паттернам поведения отца, и когда имя отца подвергается отбрасыванию, и ребёнок создаёт свои новые реальности и где символический порядок хрупок и нестабилен.

Неразрешимый, виртуальный, реактивный или реакционный — таков Эдип. Делёз и Гваттари заявляют, что различия между этими двумя группами на самом деле не существует, поскольку в обоих случаях причиной является желающее производство — последней причиной, в роли которой выступают или психотические подрывы, которые разрывают Эдипа, или невротические резонансы, которые его создают (например резонанс культа молодости или визионерского будущего). Психоанализ, обсуждая эту двоицу, пускался в идеализм, десексуализируя, убирая фактор времени, обращая его в генеалогию травмы, невелируя общественный характер разрыва. Истинная же причина разрыва — в желающем производстве, в его отношении с общественным производством, в его отличии по режиму или конфликте с этим производством, и в его модусах инвестирования.

«Признать желание — значит как раз восстановить деятельность желающего производства на теле без органов, именно там, где шизофреник свернулся, чтобы заставить это производство молчать или приглушить его. Это признание желания, эта позиция желания, этот Знак отсылает к порядку реального и актуального производства, который не смешивается с косвенным или символическим удовлетворением, который и в своих простоях, и в своих пусках отличается от доэдиповой регрессии не в меньшей степени, чем от прогрессивного восстановления Эдипа».

Я — дрожащий эдипальный треугольник Брайана Джонсона.