Эффективный акселерационизм 2/2

Предполагается, что данная модель обучена с применением архитектуры, основанной на методе Q-Learning. Этот метод подразумевает, что модель (или агент) обучается, исследуя окружающий мир и получая подкрепление (обучение с подкреплением) путем совершения более «правильных» действий. Примерами таких моделей являются AlphaGo или AlphaStar, которые могут самостоятельно обучаться игре в сложные игры. В отличие от больших языковых моделей, которые следуют только одному пути (не зная следующее слово в предложении), эти модели имеют способность постановки целей, что представляет собой значимую характеристику.

Символ «*» может потенциально относиться к алгоритму поиска с названием «A*», который эффективно находит кратчайший путь до цели. Например, это полезно в случаях, когда сложная математическая задача разбивается на множество промежуточных шагов и логических выводов [1].

Как критика, так и выявление сильных сторон манифеста выходит за рамки аннотации к переводу и нуждается в отдельном материале. Отмечу лишь некоторые моменты. У эффективного акселерационизма есть удачная идея о том, что движение разумной жизни к энтропии и социальному прогрессу подобно квантовым потокам во Вселенной и мутациям колоний бактерий, то есть к дифференциации и контингентности, инклюзии и расширению. Всякое движение к остановке прогресса, торможению, выхода из него, выстраивание иллюзорных и элитистских границ, ограничению контроля и доступа, противоречат не только логике развития технологического ускорения от изолированного и простого к сложному и включённому, но и с термодинамическими процессами во Вселенной с бес-порядком энтропии, всегда диверсифицированной и усложненной.

Наиболее проблемные моменты e/acc включают в себя эссенциализацию свободного рынка, дерегуляцию социального воспроизводства, восприятие капитализма как «конца истории», который движет нас к сингулярности. Если мы, подобно Ланду, считаем, что технологии и Капитал — это одно и то же, то мы не проблематизируем эсхатологическую цель технологической сингулярности в её реальной, материальной будущности, а капитулируем перед Капиталом, вместо того, чтобы воспринимать технологии и общество как сопряжённые аттракторы взаимного пост-капиталистического освобождения. Вместо этого, сторонники e/acc вроде Илона Маска и Сэма Банкмана-Фрида воспринимают технологии как инструменты, которые сами по себе проложат дорогу к будущему. Каковым будет такое будущее, где идеалом (и что такое «эффективность» тоже не совсем прояснено) является дерегулируемый рынок и власть техно-магнатов (вроде венчурного капиталиста, «техно-оптимиста» Марка Андриссена) — немногих, а не всех, думаю, писать излишне.