Прочитал трилогию "Воспоминания о прошлом Земли" Лю Цысиня.

Если коротко, то какой трындос.

Если длинно, то давно не читал таких депрессивных произведений. Я сейчас не хочу говорить про научную достоверность, глубину персонажей, сюжет, логику - только про основную идею. Она проста: "Всё, что имеет начало, имеет и конец, капитан Ниобе" (с)

Я оптимист. Я верю, что будущее будет лучше, чем сейчас. Просто потому, что иначе зачем.
Я верю в некий замысел всего происходящего. Возможно, просто потому, что без него слишком страшно. При этом я люблю экзистенциализм, который в классическом виде отрицает осмысленность. Он придаёт ещё одну грань моим размышлениям.
Я идеалист. Я считаю, что сила и возможность истинного развития в доверии. Субъекты должны не бороться друг с другом (ПвП), а вместе достигать высот (ПвЕ).
Ещё я в каком-то смысле космополит. Если некий близкий мне субъект с похожими ценностями или тот, к которому я себя причисляю, проигрывает конфликт оппозиционным силам, я расстроюсь, но всегда могу взять ракурс пошире, и уже не так грустно. Даже если инопланетяне уничтожат человечество - это трагедия, но хорошо хоть какие-то инопланетяне есть. Если они смогут воспользоваться наследием людей для движения к Абсолюту, то вообще неплохо. Трагедия, но не безысходный мрак.

По всему этому Лю Цысинь проехался. Его Вселенная состоит из жестоких и продиктованных страхом и недоверием поступков субъектов, что в конечном итоге вредит и им самим тоже. А заканчивается всё общей бесследной гибелью Вселенной. Почти бесследной, там открытый вопрос.
Человечество погибло из-за страха, чрезмерной осторожности и чужого недоверия и жестокости, матери утешают умирающих детей, от Солнечной системы не осталось ничего, миллионы лет стёрли все воспоминания, возлюбленные не смогли встретиться, сама Вселенная умирает с шансами без права возрождения, и последние люди не уцелели, хотя могли бы.

Вообще не за что зацепиться моим ценностям. Наедине с безбрежной жестокой пустотой.

Я смотрел научно-популярные ролики про смерть Вселенной, они произвели на меня неизгладимое впечатление. Оптимизм, идеализм и космополитизм сказали мне, что нет никакой уверенности в однозначном исчезновении всего вообще, удивительный разум, я уверен, может найти способ обойти неизбежное каким-то способом.
Но моя уверенность основывается в первую очередь на том, что мне очень не хочется думать иначе. Защитные механизмы психики конструируют барьер.

Но у Лю Цысиня ничего подобного произошло. Барьер пробит. Утром и в течение пары дней он починится, но пока я побуду в подавленном состоянии, размышляя, зачем я... зачем я. Зачем ты. Зачем всё это вот. Зачем.
Какой бессмысленностью я занимаюсь.

Утешать меня не надо, скоро всё само восстановится. В конце концов, даже у Лю Цысиня на последних страницах прорезались близкие мне ценности, а завершающее предложение даже в каком-то смысле оптимистично.
Скоро на этом основании вырастет новый барьер - я уже чувствую, как он строится - а ещё пару минут я поплаваю в экзистенциальности, размышляя о страшном вопросе "Зачем".