.
Глава XX. О снеге и политике.

Малахов рассказывал хозяину про снег. Карлай очень был огорчен, что родился не человеком, он очень хотел быть землянином. Он втайне завидовал всем жителям Земли. Он хотел быть одним из них. Поэтому он так любил рассказы о жизни на Земле.

— Я вот не представляю, как можно любить снег, он же холодный, а когда тает то становится мокрым, бррр. Холодным и мокрым становится.
— Если вы рождаетесь среди снега и растёте среди белых сугробов... Вот для вас же, Карлай, бразеры привычные животные? Вы с детства к ним привыкли.
— А что с ними не так? Обычные бразеры, они же не холодные и не мокрые. Они вкусные, скоро будем поглощать шашлык. По-про-бу-ете шаш-лык. Ай, Павел Иванович, вы удивлены, что мы знаем про шашлык? Я знаю про шашлык, Густав меня просветил, как это блюдо правильно называется. Вы же с одного города, да?
— Павел Иванович из Новосибирска, а я из Екатеринбурга...
— Вот я и говорю, что снег обычное дело для нас, потому что мы его знаем с детства. А шашлык это тоже для нас привычно, мы его любим, — Павел Иванович поскрёб свою седую бороду и улыбнулся в неё, предвкушая вкусный ужин, — Так вот, Карлай, тогда мир потрясли волнения... майданы так сказать. На Украине прошел майдан и националисты захватили власть. Что там творилось, вы бы знали. И у нас в России тоже хотели сменить власть...
— Какой ужас, я смотрел фильм про это, фильм смотрел, там друг друга убивали. Даже детей! — Карлай был взволнован.
— У нас даже в Новосибирске и во всех других городах были майданутые, представляете. Они собирались везде в разных местах города и хотели повторить то же самое, что творилось на Украине. Они переворот хотели сделать у нас тоже. Но у нас были свои группы реагирования «Антимайдан». У нас был свой чат, туда скидывалась информация где и когда собираются сторонники майдана и мы — все, кто мог, ехали на то место и разгоняли их. Мы не хотели чтобы Россию разделили. Наш президент видел куда катится мир и призывал не допустить такого же сценария у нас...
— Какой Вы, Павел Иванович, молодец...

Густав слушал бахвальство Малахова и думал о том, что случилось бы, если в России свергли бы правящую клику Пуйло. Интересно Малахов бы умер, защищая Владлена Владленовича, или предал бы и сейчас бы хвалил новую власть? Он помнил, что давно, при встрече с Малаховым, тот рассказывал с гордостью о своём отце трудившимся над разработкой советского оружия, при этом радовался демократическим переменам произошедшим в стране. Рассказывал о своей истинной православной вере и при этом без зазрения совести обманывал людей. Малахов сочетал в себе несочетаемое и лишь то, что приносило ему выгоды. А когда император Пуйло отрёкся от православия и провозгласил себя богом, Малахов тоже отрекся от православия и поверил в нового Бога, потому что так было выгодней. Ректор Карлай и Малахов были очень похожи своими принципами жизни, а вернее сказать — беспринципностью по жизни.