Влад ступил вперёд, простерши длань свою.

— Господом Вседержителем заклинаю: не мыслил я о предательстве! Не ведаю уж, какие обеты принести, какие речи изрещи, чтобы рассеять мрак недоверия твоего!

— Влад… — начал Мурад. — Ратники мои не обнажили бы мечей без причины весомой. Донесли они мне, яко видели они стяги твои, видели, како полки твои к рубежу подступают. Что сие, ежели не явный знак измены?

— Моему полку велено было встать на рубеже! — вскричал Влад, всплеснув руками. — Не нападать — лишь встать! И повеление сие было дано из-за письма, от твоего имени присланного! Сотню раз уж твердил я тебе сие!

— Не писал я тебе писем, — промолвил Мурад спокойно.

— И я тебе верю! Верю и в то, что рать твоя была тобою поставлена к границе не для удара, но для стражи, из-за слухов обо мне. Поверь же и ты мне, Мурад, что и я действовал с тем же помыслом! Во имя Пречистой Девы и всех угодников небесных — довольно! Кто-то вознамерился подставить меня и сотворил сие дьявольски искусно! Разве не зрится тебе, как нас нарочно стравили друг с другом?

— Всё ли изрёк ты? — хладно промолвил Мурад. — Вот тебе ответ мой, в который уж раз повторяемый: не верю, Влад. Ни единому слову твоему не верю

Горько-сладкий поцелуй
A.A.T.T.A