СЦЕНА 1
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Раду — боярин, владелец земель.
Семион — боярин, служит при дворе.
Ион — старец, крестьянин.
Группа крестьян Раду.
Работник (отрок) — юный помощник на пристани.
Продавец соли.
(Пристань валашская. Шум волн, скрип корабельных снастей, крики чаек и торговцев гомон. Входит Раду верхом, за ним — слуги и гружёная повозка. Он спешивается, обводит причал взором. В толпе примечает знакомую фигуру: муж невысокий, в меру дородный, с коротко остриженными власами и ликом, исполненным необычайной доброты. Тот торгуется с продавцом соли, живо размахивая руками.)
 
РАДУ
 
Кого я зрю средь торговой суеты?
То Семион! Добрейшая душа.
 
(Оборачивается к своим людям.)
 
Ступайте, слуги, прочешите торг,
Сыщите тех, чьи кошели бездонны.
Кто груз мой заберёт без лишних слов —
Не позабудьте имя Раду помянуть.
 
ИОН
 
(склоняя голову)
 
Твоё веленье, барин, мы исполним.
 
(Раду передаёт поводья одному из слуг и устремляется к Семиону.)
 
СЕМИОН
 
(Юному работнику.)
 
Эй, отрок, пособи мне с сим добром,
Снеси мешки к повозке у корчмы.
 
(Взмахом руки указывает на телегу, стоящую неподалёку. Достаёт кожаный кошель, отсчитывает монеты и протягивает мальцу.)
 
Держи. За труд плачу без промедленья.
Кто честно служит — честно награждён.
 
РАБОТНИК
 
(кланяясь)
 
Благодарю вас, господин.
 
(Уходит с ношей.)
 
РАДУ
 
(приближаясь)
 
Семион!
 
СЕМИОН
 
(Оборачивается, и лик его озаряется тёплой улыбкой.)
 
О Раду! Друг сердечный! Что за встреча!
Едва заря взошла над Валахией,
Как я тебя с любовью вспоминал
И мыслил вскорости коней направить
В твои края, чтоб выкупить плоды
И зрелых ягод к графскому столу.
 
(Раду приближается. Семион простирает руку для пожатия. Раду отвечает на сей жест, крепко сжимая длань товарища.)
 
СЕМИОН
 
(С воодушевлением, словно любуясь садом)
 
Уж зрю твои сады во всей их славе:
Там яблоки румяны, словно щёки;
Там гроздья винограда блещут пурпуром,
А груши золотятся меж листвою.
Там сливы спят в покровах тёмно-синих,
Рябина ж алым пламенем пылает —
Предвестница грядущих зимних бурь
 
РАДУ
 
(Глухо.)
 
Некуда более тебе наведаться.
 
(Улыбка сходит с лица Семиона.)
 
РАДУ
 
Там всё османом выжжено дотла:
И кровли, и сады, и нивы, пажити.
 
СЕМИОН
 
(В потрясении.)
 
Всё?.. Небеса! Ужель погибло всё?
Ни деревца, ни житницы, ни стен?
 
РАДУ
 
(Указывая на свою повозку.)
 
Всё, Семион. Взгляни на этот воз:
В него вместилось всё моё именье.
Затем прости, мой верный, давний друг:
Не жди даров земли моей несчастной,
И ждать плодов и через год напрасно.
И не уступлю я ныне сей товар
За те гроши, что брал с тебя всегда —
Из дружества, что нас с тобой связует,
И из почтенья к нашему владыке.
Нужда велит остатки распродать
Тому, кто боле серебра положит в длань.

 
СЕМИОН
 
(Тихо, отвернувшись.)
 
Из уваженья к правителю… Вот как.
 
РАДУ
 
Что ты изрёк?
 
СЕМИОН
 
Я молвил: понимаю.
 
РАДУ
 
Скажи ж, что слышно при дворе сейчас?
Всё так ли Влад в неволе у Мурада?
 
(Семион прищурил очи, глядя на собеседника: во взоре его мелькнула смесь иронии и недоверия.)
 
СЕМИОН
 
Ты вопрошаешь?.. Ты о Владе — меня?
Как будто весть сия тебе чужда доселе.
 
РАДУ
 
Отколь мне знать, переменилось ли событье?
 
СЕМИОН
 
(Усмехаясь.)
 
Оставь притворство. О его судьбе
Полнее всех, уверен, осведомлён ты.
 
РАДУ
 
Что значит сей насмешливый твой тон?
Почто слова твои сочатся ядом?
В чём я тобой безмолвно обвинён?
В чём укоряешь, испытуя взглядом?
Скажи открыто! Другу не пристало
Клинок таить под складками плаща.
Коль дух измены чудится во мне —
Рази в лицо, не прячься, трепеща!
 
СЕМИОН
 
(Отрезав саркастическим тоном.)
 
Ни в чём, ни в чём.
 
РАДУ
 
(Вглядываясь пристально, силясь разгадать его помышленья.)
 
Скажи мне, Семион…
 
СЕМИОН
 
(Поспешно, силясь говорить непринуждённо.)
 
Клянусь, тебя ни в чём не обвиняю,
И подозреньем дружбу не пятнаю.