Каждый занимал своё предначертанное место в строгой иерархии, нарушение которой считалось не просто проявлением невоспитанности, но и дерзким вызовом власти.
За считанные дни Нил постиг, что существует целый свод неписаных правил, о которых никто не удосужился его просветить. Слуге не дозволялось первым вступать в разговор со знатным человеком, младший был обязан склонять голову перед старшим, а проникновение во внутренние покои без дозволения было прерогативой лишь тех, кому такое право даровал сам Император. Женщины же находились под ещё более бдительным надзором: незамужняя дева подчинялась отцу или назначенному ему опекуну, супруга — своему мужу, а служанка несла ответственность перед старшими женщинами дворца и теми мужчинами, чью службу ей предписывалось исполнять.
Всё это казалось Нилу чрезмерным, но он быстро осознал, что его личное мнение здесь не имело никакого веса.
После завтрака ему было поручено доставить чистое бельё в северное хозяйственное крыло. Нил взял корзину и направился по уже знакомому коридору, всячески стараясь избежать новых промахов.
На пути ему вновь встретилась пожилая служанка, с которой он беседовал несколько дней назад. Она стояла у входа во внутреннюю галерею, ведя беседу с придворным чиновником. Нил не собирался задерживаться, однако невольно уловил обрывки их разговора.
— Госпожа, согласно установленному порядку внутреннего двора, вам запрещено проходить далее этой галереи без соответствующего разрешения.
Женщина спокойно посмотрела на него.
— Я осведомлена о порядке дворца.
— Тогда вы должны понимать, что без сопровождающей служанки вам запрещено продвигаться дальше.
Несколько секунд она молчала, после чего произнесла:
— Вы получили это распоряжение непосредственно от старшего распорядителя?
Чиновник запнулся.
— Нет, но мне было велено поддерживать порядок.
— Тогда поддерживайте его.
В её голосе не было ни тени раздражения или угрозы, однако мужчина тут же склонил голову.
— Да, госпожа.
Он отступил в сторону, уступая ей дорогу. Женщина прошла мимо него с невозмутимым видом. Нил невольно задержал на ней свой взгляд. Он уже понял достаточно, чтобы уловить странность происходящего. Во дворце женщина её статуса не могла позволить себе подобного обращения с мужчиной, занимавшим государственную должность. Но никто не возразил. Никто не остановил её. Никто даже не сделал ей замечания.
Женщина заметила Нила лишь тогда, когда оказалась рядом.
— Снова работаешь?
Нил склонил голову.
— Да.
Она взглянула на корзину в его руках.
— Тогда не задерживайся. Старшие слуги не любят, когда поручения выполняют медленно.
— Я знаю.
— Хорошо.
На этом разговор был окончен. Нил продолжил путь. Он не стал расспрашивать, кем была эта женщина. Во дворце и без того хватало вещей, о которых ему следовало бы не знать. Однако, проходя по коридору, он ещё раз обернулся. Женщина продолжала идти в сторону внутренних покоев. Её никто не сопровождал. И никто не требовал остановиться.
К полудню Нил завершил свои поручения и вернулся в северное крыло. В коридорах царила непривычная тишина. Большинство слуг были заняты работой, а придворные мужчины участвовали в утренней аудиенции. Нил нёс пустую корзину, когда услышал за спиной тихий разговор.
— Это тот самый мальчишка.
— Который вошёл в покои Его Величества?
— Да.
— Он даже не осознаёт, что натворил.
Нил не обернулся. Он продолжил идти, словно ничего не услышал. Теперь он понимал, почему на него обращали внимание. Во дворце его промах перестал быть просто ошибкой. Люди уже начали вкладывать в него смысл. И чем больше Нил стремился игнорировать это, тем сильнее ощущал на себе чужие взгляды.
Post #3734
213