Толстовство

Анна Каренина храбрее и чище Вронского, ибо первою призналась мужу в измене. Хотя и все порицают трусость Алексея Александровича - сам Вронский сидел тихо в норке и не вякал, пока не был поставлен пред фактом. Да и в этом случае предпочел «неудачно стреляться».

В моём же случае и бывшая жена и любовник врут до конца. что «ничего не было» и это мне в старческом бреду показалось.

Тупые трусливые твари.

Этим самым они наносят мне двойное оскорбление - первое своей ложью, и второе своим небрежением моего ума и внимательности.

Подите прочь от меня, дурить кого другого.